• USD 28.4
  • EUR 33.8
  • GBP 38
Спецпроекты

Война вокруг Сытника и НАПК. Зачем Банковая гасит огонь бензином

Нешуточная война между судебными и антикоррупционными структурами — это пока что разминка. А настоящий кризис может возникнуть в скором времени

Единый реестр деклараций
Единый реестр деклараций
Реклама на dsnews.ua

В последние дни разыгралась нешуточная война между судебными и антикоррупционными структурами. Чтобы разобраться в ней, нужно прежде всего понимать то, что в этой войне нет «хороших» и «плохих», «своих» и «чужих». Участники этой схватки борются прежде всего за свои собственные интересы – ведомственные и личные. И именно поэтому они не обращают внимания на то, что своими действиями наносят удары по интересам Украины.

НАБУ и дело ОАСК

Начало этой истории следует отнести к 2014 г., когда было возбуждено дело о превышении власти и принятии заведомо неправосудных решений против участников «Автомайдана». В рамках этого уголовного производства возникло дело о судьях Окружного административного суда Киева (ОАСК). Расследование вначале велось Генпрокуратурой, а затем перешло к НАБУ. В рамках расследования была установлена звукозаписывающая техника в кабинете председателя суда Павла Вовка и других судей ОАСК. В июле 2019 г. НАБУ обнародовало несколько эпизодов записей, которые вошли в новейшую историю как «пленки Волка». Однако затем целый год об этом деле ничего не было слышно. И только в июле 2020 г. НАБУ объявило, что оно сообщило о подозрении председателю ОАСК Павлу Вовку, его заместителю и еще пяти судьям этого суда.

Эта задержка во времени выглядела очень странно, особенно для тех, кто был в теме. 16 октября в эфире телеканала «Эспрессо» бывший генпрокурор Юрий Луценко рассказал, что НАБУ два года не давало ходу этому делу. «Когда читаешь эти пленки, волосы шевелятся. Есть одна проблема: я их читал два года назад. Что они делали в НАБУ два года? Два года! Почему именно сейчас они стали нужны? И почему собственно ничего же не произошло? Поэтому, знаете, сейчас немодный бородатый классик – я имею в виду не Коломойского, а Карла Маркса, – говорил: "Практика – критерий истины". Смотрите на практику. На результаты». Кстати, об общих результатах НАБУ он тоже напомнил: «За пять лет в НАБУ – ноль приговоров. Ноль!»

Можно только догадываться, чем занимался директор НАБУ Артем Сытник, вместо того чтобы обеспечивать результаты. И почему дело ОАСК лежало в НАБУ без движения – по коррупционным ли причинам или по каким-то другим. Например, использовалось ли оно как крючок, чтобы ОАСК принимал нужные решения, – и если так, то кому именно нужные.

Что же касается загадки о том, почему у Сытника вдруг концепция поменялась и он внезапно все-таки дал ход делу ОАСК, то разгадку следует искать в хронологии.

Два решения КСУ по НАБУ

Реклама на dsnews.ua

20 мая 2020 г. в Конституционный суд Украины (КСУ) поступило представление 51 народного депутата с просьбой признать неконституционным указ президента от 16 апреля 2015 г. о назначении Артема Сытника директором НАБУ. Располагая разными источниками информации, Сытник мог разведать, к какому решению склоняются судьи КСУ.

В таком случае напрашивается версия, что внезапной активностью по делу ОАСК директор НАБУ всего лишь пытался создать себе тот имидж, который он так и не сумел создать за пять лет. Имидж непримиримого и эффективного борца с коррупцией. А не банального решалы, любителя интриг и закулисных договорняков.

28 августа КСУ принял решение с тремя ключевыми позициями: указ о назначении Сытника неконституционен; этот указ теряет силу со дня принятия данного решения КСУ; это решение не распространяется на правоотношения, возникшие вследствие выполнения Сытником обязанностей директора НАБУ.

16 сентября КСУ принял еще одно решение, касающееся НАБУ. Рассмотрев представление 50 народных депутатов, поступившее 21 июля, суд признал неконституционными положения закона о НАБУ, в которых говорится о полномочиях президента назначать и увольнять директора НАБУ. Эти положения, согласно решению КСУ, утратят силу через три месяца со дня принятия данного решения.

Несмотря на два решения КСУ, Сытник отказался покинуть свое кресло. С 28 августа все, что он подписал, имеет очень сомнительную легитимность, поскольку указ о его назначении директором НАБУ утратил силу. Трудно спорить с теми, кто утверждает, что сейчас в кресле директора НАБУ сидит самозванец. И что это – захват власти.

Фактически последние два месяца мы имеем вместо борьбы НАБУ с коррупцией борьбу Сытника за самосохранение. И то, что Сытник избрал себе спарринг-партнером ОАСК, на котором клейма негде ставить, ничуть не меняет сути проблемы.

В такой ситуации важнейшее значение имеет позиция Владимира Зеленского. Вот только этой позиции, по сути, нет.

Предугадать решение КСУ было несложно. КСУ не мог не признать неконституционными полномочия президента назначать и увольнять директора НАБУ, поскольку в Конституции такие президентские полномочия не упомянуты.

И ничто не мешало Зеленскому добиться от парламента быстрейшего принятия изменений к закону о НАБУ, которые бы урегулировали все возникшие вопросы. Это можно было сделать еще в сентябре, в турборежиме, ведь это проблема первостепенной важности – по большому счету, это проблема легитимности всех антикоррупционных производств НАБУ. Вся деятельность НАБУ за пять лет может пойти коту под хвост.

Зеленский эту проблему проигнорировал, невзирая на всю ее серьезность. И последствия не заставили себя долго ждать.

Решение ОАСК по Сытнику

26 октября ОАСК постановил отстранить Сытника от должности директора НАБУ. В решении суда говорится, что во избежание дальнейших правонарушений со стороны директора НАБУ необходимо исполнить решение КСУ от 28 августа, которое признало указ о назначении Сытника неконституционным и утратившим силу.

Суд среди прочего постановил: направить в ГБР указание открыть уголовное дело за неисполнение решения КСУ Сытником (статья 382 Уголовного кодекса), за попытку незаконного захвата власти (статья 109) и за незаконное присвоение властных полномочий (статья 353); направить замам Сытника указание «принять соответствующие меры реагирования» из-за неисполнения решения КСУ; дать указание Минюсту вычеркнуть Сытника из Единого государственного реестра (ЕГР) как руководителя НАБУ.

Можно называть это решение сомнительным, но это – решение суда, принятое именем Украины. Естественно, всех интересовала реакция команды Зеленского. И тут выступил министр юстиции Денис Малюська. Он заявил, что Минюст не будет выполнять решение ОАСК и удалять из ЕГР сведения о Сытнике. «Ни правового основания, ни полномочий исключать информацию о Сытнике как директоре НАБУ из ЕГР нет, и он там останется», – сообщил министр юстиции. И далее он вопреки решению КСУ от 28 августа подытожил: «Статус-кво по НАБУ и его руководителю не изменился».

То есть министр юстиции публично заявил о намерении игнорировать решения КСУ и ОАСК. Такая пропаганда правового нигилизма со стороны главы Минюста – явление, в общем-то, беспрецедентное.

Известно, что Малюська считался человеком Андрея Богдана. Но после изгнания Богдана с Банковой Малюська сохранил кресло министра. Говорят, это было личное решение Зеленского. Поэтому реакцию Малюськи на решение ОАСК многие восприняли как позицию самого Зеленского. А вскоре эти подозрения официально подтвердил офис Зеленского. Он сообщил: «Учитывая ответ министра юстиции Украины Дениса Малюськи, констатируем, что НАБУ как было, так и остается полноценно функционирующим правоохранительным органом».

Также Банковая сообщила, что решение ОАСК нельзя считать окончательным из-за того, что оно будет обжаловано НАБУ. Но подчеркнем, что о подаче апелляции Минюстом не сообщается. Минюст вместе с Банковой подают пример, что решения судов можно просто не исполнять.

Решение КСУ по НАПК

27 октября КСУ принял новое решение, касающееся антикоррупционных органов. На этот раз – по представлению, которое подали 5 августа 47 народных депутатов (из фракции ОПЗЖ и группы «За будущее). КСУ признал неконституционной статью 366-1 Уголовного кодекса, которая предусматривает наказание за декларирование недостоверной информации. Также суд признал неконституционным ряд положений закона «О предотвращении коррупции». В частности, КСУ отменил два полномочия НАПК (Национального агентства по вопросам предотвращения коррупции): осуществление мониторинга и контроля за выполнением актов законодательства по вопросам этического поведения, предотвращения и урегулирования конфликта интересов в деятельности лиц, уполномоченных на выполнение функций государства или местного самоуправления, и приравненных к ним лиц; осуществление контроля и проверки деклараций субъектов декларирования, хранения и обнародования таких деклараций, проведение мониторинга образа жизни субъектов декларирования.

НАПК в ответ пошло на КСУ открытой войной. Агентство не нашло ничего лучше, чем обвинить двух судей КСУ. «НАПК выявило признаки декларирования недостоверной информации у двух судей КСУ – Ирины Завгородней и Сергея Головатого. Это нарушение статьи 366-1 УК. Сегодня судьи голосовали за признание этой статьи неконституционной. Это свидетельствует о наличии у Ирины Завгородней и Сергея Головатого конфликта интересов во время участия в принятии решения. Закон запрещает судьям участвовать в деле в таких условиях», – заявило НАПК. Не удосужившись упомянуть, что как раз Головатый проголосовал против и выступил с особым мнением. То есть НАПК выстрелило в спину своему доброжелателю.

Офис Зеленского, реагируя на решение КСУ, сообщил, что «президент обязательно использует свое право на законодательную инициативу, чтобы восстановить постоянную и максимально эффективную работу системы электронного декларирования и неотвратимость ответственности за умышленное нарушение этих правил». Но это будет когда-нибудь потом. А сейчас спикеры власти подливают бензина в огонь противостояния между судебными и антикоррупционными структурами.

Так, представитель Верховной Рады в КСУ Ольга Совгиря заявила, что решение КСУ было принято «с вопиющими процессуальными нарушениями» и является «сомнительным по содержанию». А представитель Зеленского в КСУ Федор Вениславский анонсировал, что «если действия КСУ будут продолжаться в том же русле, то нельзя исключать негативных последствий».

Подобные аргументы хороши в ходе дебатов сторон на судебном заседании, но вот когда решение уже принято, лучше все-таки не нагнетать обстановку, а искать выход из кризисной ситуации. Тем более, что все это пока что только разминка. А настоящий кризис может возникнуть в скором времени, если утратит легитимность Высший антикоррупционный суд. Весьма вероятно, что соответствующее решение будет принято на одном из ближайших заседаний КСУ.

В итоге имеем все более обостряющуюся межведомственную войну, втягивающую все большее число судебных и антикоррупционных структур. А Банковая демонстрирует полнейшую неспособность справиться с этим кризисом. 

    Реклама на dsnews.ua