• USD 26.4
  • EUR 30.7
  • GBP 36.4
Спецпроекты

Абсолютная коррупция. Почему генпрокурору Молдовы так поспешно заткнули рот

В истории с задержанием Александра Стояногло совершенно не видно Добра, сражающегося против Зла. Молдавская политика давно уже вышла за рамки этих устаревших понятий

Александр Стогяногло
Александр Стогяногло / cotidianul.md
Реклама на dsnews.ua

В ноябре 2019 года Александр Стояногло выиграл конкурс на должность генпрокурора, организованный правительством Майи Санду, после чего министр юстиции Олеся Стамате заявила о необъективности конкурсной комиссии. Это было явной попыткой протащить своего человека, а Стояногло не был своим для команды Санду, как, впрочем, и для социалистов Игоря Додона.

Но парламент, где Партия Социалистов уже смогла собрать коалиционное большинство, не поддержал отмены конкурса, и отправил в отставку правительство Санду. И 29 ноября 2019 года президент Игорь Додон утвердил назначении Стояногло на должность генпрокурора.

Безнадежные дела

Напряженные отношения между Стояногло и Санду возникла сразу после избрания Санду президентом в ноябре 2020 года. Формальной ее причиной стало отсутствие успехов в расследовании двух резонансных дел: о выводе средств из трех молдавских банков (т.н. "дело о миллиарде") и об отмывании через Молдову $22 млрд, выведенных из России ("Ландромат"). 

Санду, вступив в должность президента, встретилась со Стояногло 26 декабря 2020, а уже 5 января 2021 генпрокурор заявил о давлении на прокуратуру, с целью втянуть ее в политические игры.

Реклама на dsnews.ua

Здесь надо сказать, что Стояноглу стал не первым, и, едва ли будет последним молдавским прокурором, упершимся в два безнадежных дела о банковском мошенничестве, поскольку и к "Ландромату", и к разграблению трех ведущих банков страны, причастен весь молдавский политический класс – все, кто на момент осуществления этих операций обладал хоть сколь-нибудь значимым влиянием. Как следствие, в эпоху неустойчивых коалиций, сменившей эпоху всевластия Владимира Плахотнюка, оба дела, дойдя до некоторой черты, неизбежно разваливаются, снова и снова.

Справедливости ради надо сказать, что они разваливались и при Плахотнюке, хотя и не так быстро, как сейчас. Слишком уж много влиятельных персон, в Молдове, и в России, причастно к обеим аферам. И даже Илан Шор, получивший обвинительный приговор за соучастие в афере с миллиардом, что стало уникальным случаем, не просидел ни дня, ни часа. Сначала ему дали сбежать из Молдовы, а затем позволили прикрыться парламентской неприкосновенностью. Посадка Влада Филата, была, по большому счету, следствием конфликта с Плахотнюком, и Филат уже давно на свободе. Единственным, кто реально сел за соучастие в обеих аферах, был Вячеслав Платон.

Но и Платон уже на свободе, и пребывает в Лондоне, учинив напоследок веселый скандал с внезапно родившей от него ведущей ТВ-8 Натальей Морарь.

Одним словом, любая молдавская власть, во всем обозримом будущем, будет достаточно коррумпирована, чтобы оба дела неизменно разваливались, не доходя до суда, а обвиняемые выходили сухими из воды. И даже если круговая порука в верхах даст сбой, расследование упрется в круговую поруку чиновников среднего звена, "ценных специалистов", также причастных к аферам практически в полном составе. Сдвинуть ситуацию с места могло бы только независимое расследование, проводимое силами следователей, никак не привязанных к Молдове и России. Но и в этом случае нельзя гарантировать, что их не коррумпируют, а дела не похоронят.

Упрямый прокурор

Вернемся, однако, к истории Стояногло. По всем аппаратным законам он должен был спасовать и тихо уйти по собственному желанию. В этом случае, по тем же аппаратным законам, Стояногло получил бы, по прошествии необходимого для соблюдения приличий времени, приемлемую должность и не подвергся бы преследованиям. Но Стояногло намертво уперся. 

Трудно сказать, почему он оказался столь неуступчив. Возможно, переоценил свои силы и не увидел неизбежности поражения. Возможно, предполагал, кстати, не без оснований, что новая власть не будет играть по старым правилам, и капитуляция его не спасет. А, возможно, в самом деле не чувствовал за собой никакой вины на фоне незаконных действий Санду и ее окружения по его смещению.

Здесь, впрочем, тоже нужно сделать оговорку. Всеобщее разложение как политической элиты, так и чиновничества Молдовы достигли таких пределов, когда закон по факту не защищает никого, кроме коррупционеров. Сломать эту систему тотальной круговой поруки и сложных клановых союзов, оставаясь строго в рамках закона, уже невозможно. Так что незаконные действия Санду и ее команды в значительной мере неизбежны, хотя такая практика, как показывает история, способна развратить даже самых пламенных реформаторов. А члены команды Санду отнюдь не такие – напротив, они очень похожи на тех, с кем, по их утверждению, собираются бороться.

Единственная надежда на успех молдавских реформ, проводимых Санду и ее командой, была связана с твердым внешним контролем. В противном случае, и это было понятно с самого начала, реформы выродятся в очередной клановый междусобойчик за лучшие места у государственной кормушки. Что, собственно, уже и происходит: широко задуманные реформы стали деградировать, не успев толком начаться.

Но вернемся к противостоянию Санду-Стояноглу.

Генпрокурор уперся, но и президент тоже не желала отступать, быстро перейдя к игре без правил. Хотя, говорить о правилах, и о законности, в Молдове, где Конституционный суд способен сегодня принять одно решение, а завтра – другое, прямо противоположное, просто смешно. Нет никакой законности в Молдове, а есть лишь поиск формальных поводов, дающих возможность обвинить в противозаконных действиях своего противника.

И вот, уже 23 апреля, еще до парламентских выборов, Стояногло и его семью лишили государственной охраны, что однозначно было формой давления. А получив подконтрольный парламент, Санду провела через него изменения в Закон о прокуратуре, сделав возможным отставку генпрокурора по предложению Высшего совета прокуроров (ВСоП). Затем она своим указом удалила из ВСоП Дмитрия Пулбере, обвиненного в коррупции – мол, живет явно не по средствам. Вероятно, так оно и есть, но кто из политиков и чиновников в Молдове живет иначе? Да, Санду демонстративно, и слишком уж нарочито, кстати, отказывается от любых привилегий, даже тех, что положены ей как президенту по закону. При этом она тратит свое время на популистский пиар, вместо того, чтобы рулить государством – но, с другой стороны, она и не должна ничего решать сама, ее удел — транслировать месседжи и, по возможности, подавать хороший пример. Так вот, о хороших примерах: кто в ее окружении следует примеру ее скромности? Огласите весь список, пожалуйста! 

Тогда Стояногло обратился в КС. КС предсказуемо признал неприемлемыми для рассмотрения по существу оба его заявления: и о проверке изменений, внесенных в Закон о прокуратуре, и об отмене указа об удалении Пулбере из ВСоП. Затем, чуть позднее, КС все-таки отменил указ Санду, вернув Пулбере в ВСоП, но сделал это уже по своей инициативе. Иными словами, Стояногло дали понять, что на поддержку ему рассчитывать нечего, а Пулбере, как бывшего председателя КС, поддержали, но от КС, а не по инициативе Стояногло, ясно намекнув, что раздражать президента в сложившейся ситуации не стоит. И Стояногло, припертый к стене, решил сыграть ва-банк.

Ва-банк

В понедельник, 4 октября, Стояногло провел брифинг, на котором заявил, что один из самых яростных его оппонентов, экс-глава Антикоррупционной прокуратуры Виорел Морарь, в бытность при должности щедро делился закрытой информацией с "правильными" НПО, с депутатами и консультантами правящей партии PAS ("Действие и Солидарность") и с бывшим главой делегации ЕС в Молдове Петером Михалко, после чего часть информации, разглашение которой было выгодно окружению Санду, уходила в СМИ, становясь частью "журналистских расследований". В частности, Стояногло заявил, что в сентябре "сообщество независимых экспертов" опубликовало три "исследования", основанных на полученных таким путем материалах, направленных лично против него, назвав Центр юридических ресурсов, ассоциацию "Юристы за права человека" и Freedom House, а также Институт европейских политик и реформ (IPRE).

Стояногло также обвинил PAS в том, что в 2019 году она помогла Морарю вернуться на должность главы Антикоррупционной прокуратуры. Крышевали Мораря, одновременно используя его как тайный таран против Стояногло, и другие получатели сливов.

Причем, Стояногло не просто это заявил, а предметно сослался на данные с телефона Мораря, полученные при оперативном содействии Europol. Это и вызвало бурю: министр юстиции Литвиненко заявил, что "Стояногло перешел красную черту", использовав оперативную информацию в личных целях (и рассказав о том, как использовали оперативную информацию в личных целях его оппоненты!), а глава МИДЕИ Нику Попеску, комментируя информацию про Михалко, назвал заявления Стояноглу "очень опасными для отношений с внешними партнерами".

Правительство пригрозило Стояногло дисциплинарной процедурой, со ссылкой на заседание ВСоП, запланированное на 5 октября, куда Стояногло, еще не отстраненного от должности, не пригласили (и, забегая вперед, не позволили ему присутствовать, когда он явился без приглашения), что было абсолютно незаконно. В ответ члены ВСоП обвинили Минюст в попытке "прямого вмешательства и давления" — стараясь, как мы увидим, сохранить хотя бы видимость "независимости".

Посольство США предпочло не комментировать заявления Стояногло. Зато делегация ЕС в Молдове отреагировала как настоятельница, доказательно уличенная в содержании борделя, заявив, что "категорически отвергает любые обвинения в политическом вмешательстве во внутренние процессы в Республике Молдова". Но по фактам заявления Стояногло она не оспорила и не выставила против них контрдоводов, так что выглядело это довольно комично.

Еще комичнее было заявление главы IPRE Юлиана Грозы, "с сожалением констатировавшего" использование прокуратуры "в сведении счетов между клептократическими группировками" – в то время как его собственная организация была уличена ровно в том же. Но Гроза предпочел не увидеть этого и высказал "сожаление и обеспокоенность" "выпадом чиновника высокого уровня против организаций гражданского общества, исследовательских центров и партнеров по развитию".

На следующий день, пятого октября, после того, как Стояногло со скандалом не пустили на ВСоП, он пообещал провести вечером еще один брифинг для СМИ, но не успел. В 17.40, за 20 минут до его начала, Стояногло был задержан на 72 часа, то есть, без решения суда, оперативниками СИБ (Служба информации и безопасности, молдавский аналог СБУ). В его кабинете и доме прошли обыски. Аналогичным образом была задержана и жена Стояногло.

Молдавский потенциал европейских реформ

Формальным поводом для отстранения и задержания Стояногло послужило согласие ВСоП на возбуждение против него уголовного дела. Стояногло обвиняют в превышении служебных полномочий и пассивной коррупции. Часть обвинений, такие, как попытка пристегнуть Стояногло, в то время – депутата парламента от Демократической партии, к организации "Ландромата" выглядят надуманными. Другая часть — в коррупционных связях с Вячеславом Платоном, который летом при довольно странных обстоятельствах был отпущен на свободу, и покинул Молдову, а сейчас находится в розыске, – более убедительна. В частности, жена Стояногло внезапно оказалась владелицей двух компаний, которые Платон переписал на нее, по версии Стояногло "по ошибке". Впрочем, будь Стояногло святым, и честным во всем, он никогда не достиг бы в Молдове карьерных вершин. Именно принципиальная невозможность для честного человека сделать в Молдове карьеру и является сутью скандала вокруг задержания генпрокурора. Подчеркну – задержания, а все еще не ареста, хотя, надо полагать, сговорчивый судья тоже будет найден.

И, наконец, вишенка на торт: еще в середине лета прокуратура по борьбе с оргпреступностью и особым делам завершила расследование против Виорела Мораря, обвиненного в злоупотреблении властью, подделке документов и привлечении к уголовной ответственности заведомо невиновного человека, но к передаче в суд дело подготовили буквально на днях. Можно держать пари, что сейчас, после поспешного задержания Стояногло, оно будет похоронено в архиве.

Дальнейшие события лишь усугубили ситуацию. Поддержка Стояногло и Санду выстроилась исключительно по партийному признаку. Две в равной степени плюющие на закон хунты (выражаясь языком сторонников Стояногло, обозвавших "хунтой" Санду и Ко) готовы продолжить схватку друг с другом за власть.

Можно ли утверждать, что проевропейская хунта Санду все-таки лучше пророссийской хунты, которая поддерживает Стояногло, просто потому, что она — проевропейская? Тоже нет! И "пророссийский", и "проевропейский" векторы в молдавской политике ситуативны. Победители садятся на криминальные схемы обогащения, и в короткие сроки приобретают пророссийскую ориентацию, поскольку большинство таких схем, как, например, приднестровские, плотно завязаны на Россию.

Кстати, Молдова при новой власти Санду уже подписала новый контракт на поставку электроэнергии с МолдГРЭС.

А проигравшие, от безысходности, быстро-быстро перекрашиваются, прося у Европы помощи в "осуществлении европейских реформ" и моля не оставить маленькую Молдову на съедение большому и злому русскому медведю. Это тоже всегда срабатывает.

Если же на следующих выборах побеждает другая команда, то победители и побежденные в сжатые сроки обмениваются ориентацией, что, собственно, на наших глазах и происходит. А ситуация с европейскими реформами в Молдове неизменно напоминает анекдот про разницу между "потенциально" и "практически", в котором муж спрашивает жену и дочь, согласились бы они отдаться незнакомцу за миллион долларов, и, получив два утвердительных ответа, констатирует: "потенциально имеем два миллиона долларов, а практически – двух б…й и ни копейки денег".

    Реклама на dsnews.ua