• USD 27.2
  • EUR 32.4
  • GBP 37.9
Спецпроекты

Выдача в Мордор. Может ли Дмитрий Гудков попасть из Украины на российскую зону

Конечно, Украина не должна превращаться в отстойник для уголовников, впавших на России в немилость. Вместе с тем, выдача кого бы то ни было в Россию неприемлема

Бывший депутат Дмитрий Гудков и его жена Валерия
Бывший депутат Дмитрий Гудков и его жена Валерия идут по улице после освобождения без предъявления официального обвинения в Москве 3 июня 2021 года / Getty Images
Реклама на dsnews.ua

…Бывшему депутату Государственной Думы

Бывший депутат Государственной Думы Дмитрий Гудков спешно покинул Россию в связи с открытием на него уголовного дела, которое, по заявлению Гудкова, якобы сфабриковали. Впрочем, из России Гудков выехал безо всяких препятствий, и уже объявился в Киеве, где на него положил эфирный глаз Евгений Киселев. Киселев презентовал Гудкова как российское диво – единственного среди депутатов ГД РФ уклониста от голосования за присоединение Крыма. Нет, не голосовавшего "против", как это сделал Илья Пономарев, тоже, кстати, на всю Россию единственный, и даже не воздержавшегося, а просто куда-то на время голосования потерявшегося. Такое отважное воздержание (или недержание, если допустить, что Гудков укрылся в туалете) дало Евгению Киселеву повод распиарить Гудкова как стойкого оппозиционера — и, раз уж оппозиционера, то, само собой, и друга Украины. Как говорил генерал Чарнота из известного фильма, "ну раз уж пили, так наверное на брудершафт".

 Сам Гудков с Украиной особых планов пока не связывает, и как утверждает BBC со ссылкой на РИА Новости, планирует добраться до Варны, где живут его родители — мол, о дальнейших планах расскажет позже. Гудков также поведал, что "несколько близких источников из окружения Администрации президента" сообщили, что ему, если он не покинет Россию, уголовное дело против него "будет продолжено вплоть до ареста".

Обсуждать само дело сейчас нет смысла. Формальным поводом стал хозяйственный спор вокруг неуплаты аренды, который, как ни странно, при плохом для Гудкова раскладе тянет аж на пять лет отсидки. Ясно, что дело политическое – в том смысле, что будь Гудков любим властью, он мог бы безнаказанно прикарманивать и гораздо большие средства, натолкнувшись, и это в крайнем случае, на строгое предупреждение — мол, не по чину берешь. Ясно и то, что на впавшего в немилость Гудкова могли нарисовать все что угодно – то есть, вообще абсолютно все

Но могли и не рисовать из ничего, а просто дать ход тому, что придерживали, пока Гудков, как оппозиционер, был российской власти еще нужен, и, потому, был даже допущен ею в ГД.

Действительно, Кремлю, чтобы было все дорого-богато, как у приличных людей в европах, нужны в некотором количестве и оппозиционеры: крепостной театр, а значит, крепостные культура и искусство, крепостной гарем, крепостная наука, ну, и, до кучи, крепостная оппозиция. Сейчас же, как в рассказе Пелевина про Затворника и Шестипалого, для крепостной оппозиции наступил тот решительный этап и переломный момент, когда нужда в ней не то, чтобы совсем отпала, но перешла в иной формат. Те из оппозиционеров, кто вовремя не сориентировался, и не сменил образ, уже не востребованы в этом качестве. И, по понятным причинам, перенаправляются в другие сферы деятельности.

Реклама на dsnews.ua

Если бы Гудкова планировали посадить, его бы, вне всяких сомнений, и посадили. Но Гудкову-младшему (Гудков-старший, тоже в прошлом политик и депутат ГД, как раз и живет в Варне, поскольку вынужденно покинул Россию из-за политических преследований ) назначили другую стезю. Следом за отцом он должен стать частью "внешней России", публично оппонирующей Кремлю. Это, несомненно, приятнее, чем быть в России политзаключенным, как, к примеру, недавно посаженная на шесть лет Дарья Полюдова. Хотя, какой из Гудкова политзаключенный? Его за политику и близко никто не преследовал.

Иными словами, с Гудковым-младшим, ставшим ненужным в старой роли, обошлись, можно сказать, как с родным: не приказали СК и прокуратуре утопить его, как Герасиму Муму, а дали возможность, уже в новом качестве, продолжать семейную династию.

Ожидания, которые связывают в России с Гудковым-мл. ( или, план внедрения, если угодно) без обиняков изложил в российской КП офицер ГРУ Александр Коц, работающий там под легендой спецкорра. В ближайших планах – активное сотрудничество с СБУ и презентации в студиях и эфирах у Евгения Киселева, Савика Шустера, Дмитрия Гордона и Айдера Муждабаева. Затем, вероятно, отъезд в Болгарию – у Коца этого нет, но об этом говорил сам Гудков. Коц же, со своей стороны, допускает, в дальнейшем, алкоголизм, "как побочку от остатков совести, если таковая еще имеется". Что, в общем, логично: эмигранту положено страдать по родным березкам, оказывая воспитательное воздействие на оставшихся в России. Не просто же так его отпустили на оппозиционные хлеба. В общем, судьба функционера "внешней России", конечно, нелегка, но это, повторяю, все равно лучше, чем загреметь в российский неоГУЛАГ.

Судя по реакции Евгения Киселева, пока у Гудкова все идет по плану. Но это пока. А что будет дальше?

Экстрадиция в Россию, бессмысленная и беспощадная

А дальше может быть всякое. К примеру, кремлевские планы относительно Гудкова могут измениться, причем, по тысяче причин, и Россия внезапно потребует его экстрадиции. И, поскольку Гудкова не обвиняют ни в чем политическом – он, с точки зрения выдвинутых обвинений, банальный уголовник, то у Украины, если Гудков к тому времени еще не покинет ее территорию, к примеру, из-за проблем с визой в ЕС, не будет оснований отказать России в его выдаче. При том что всем будет понятно: требование о выдаче Гудкова носит чисто политический характер. Вне зависимости от того, что он в России в действительно совершил, и чего не совершал.

И тогда возникнет вопрос: как поступать украинской власти? Выдать ли Гудкова на неправосудную расправу? Еще раз подчеркну, неправосудную априори, вне зависимости от того, виновен или невиновен Гудков в том, в чем его обвиняют. Или отказать в выдаче — но на каком тогда основании?

Таким образом, даже предположение о возможности российского требования об экстрадиции Гудкова поднимает принципиальный вопрос о том, можно ли выдавать России кого бы то ни было вообще. Чтобы было понятнее, вот пример, поясняющий ситуацию: допустимо ли было во времена Гитлера выдать в Германию еврея, совершившего, по утверждению немецких властей, уголовное преступление? Заведомо зная, при этом, что в Германии его ждет газовая камера, причем, именно за то, что он еврей, и независимо от степени реальной вины в том, в чем его обвиняют официально.

Нет, конечно, все мы знаем, как это было на самом деле. Знаем, что и Европа, и США, и СССР легко выдавали в Германию Гитлера кого угодно. При наличии сфабрикованного уголовного дела – тем паче. Шутка ли сказать: четыре президента Интерпола подряд, с 1938 по 1945 год, были членами СС, и никого это не изумляло. И в Европе, и в США предпочитали не замечать концлагерей — так всем было удобнее. И был даже целый лайнер "Сент-Луис", с беженцами из Германии, развернутый из США назад, прямо в топки крематориев – впрочем, это уже немного другая тема. Мы сейчас ведем речь об экстрадиции за уголовные преступления, реальные или мнимые.

"Или мнимые" — здесь ключевое слово. Потому, что Россия, как, к слову, и Беларусь, не является сегодня правовым государством. И, принимая решение об экстрадиции в Россию человека, обвиненного в чем угодно, никогда нельзя быть уверенным, что это не политическая расправа. Или даже не явно политическая, а дело просто сфабриковано, пусть и по бытовым мотивам. И возникают весы, на одной чаше которых – выдача преступника для заслуженного наказания, а на другой – сомнения в том, что неправосудный, нацистский и людоедский режим может быть признан стороной, способной совершать правосудие. Такое признание уже когда-то было сделано относительно Германии Гитлера. Нужно ли наступать на те же грабли в случае в Россией Путина?

Попробуем взглянуть на гипотетическую ситуацию с Гудковым с этих позиций. Да, разумеется, Гудков, по всем признакам, типичный внедренец, один из элементов мозаики, которая должна за рубежом имитировать оппозицию Кремлю, создавая иллюзию альтернативной, европейски-рукопожатой России. Такой России, которую Западу не зазорно будет поддержать в ее, якобы, противостоянии с Россией внутренней, нацистской и северокореизированной, рушащейся в 1937 год.

Почему никого нельзя выдавать в Россию

Да, это вполне вероятно, как вероятно и то, что требование о выдаче Гудкова, если бы оно вдруг возникло, было бы только формой отзыва проштрафившегося, или недостаточно старательного агента. Но даже в этом случае всегда оставалась бы толика сомнения. И даже если бы уже никаких сомнений не оставалось – правильно ли было бы выдать Гудкова в Мордор?

Повторю еще раз: ситуация конкретно с Гудковым сконструирована искусственно. С вероятностью 99,99% Россия выдачи Гудкова не запросит. Но у России действуют соглашения о выдаче с другими странами. В том числе и с Украиной. И Украина регулярно выдает людей по российским запросам на расправу в неправосудный российский ад.

А многих ли выдает Украина? Немного погуглив, найдем официальные данные. Итак, с 2014 года по 31 октября 2019 (более свежих данных не нашлось) в Минюст Украины поступило 46 запросов от РФ о выдаче, 26 из которых было удовлетворено. В ответ Украина направила в РФ 165 запросов о выдаче, 45 из которых было удовлетворено российской стороной. Легко увидеть, что Украина давала положительный ответ на запросы РФ в 56,5% случаев, а РФ удовлетворила только 27,3% украинских запросов. Такая диспропорция – уже сама по себе повод задуматься. Кстати, 22 человека были выданы в 2018 году — это уже для справки.

Посмотрим теперь, кто попал в число выданных Украиной в Россию. Был, к примеру, выдан Тимур Тумгоев, чеченец и доброволец АТО, который в России подозревался в терроризме.

Казалось бы, все очевидно. Во-первых, вооруженное сопротивление чеченского народа российской оккупации никак не укладывается в понятие "терроризм". Партизанская война против оккупантов не является терроризмом, и, если мы признаем террористом Тумгоева, то должны признать террористами и бойцов УПА, притом, всех подряд. Во-вторых, объективность российского следствия по такому делу, тем более, если обвиняемый – чеченец, вообще не может быть предметом обсуждения. Ни один из выводов россиян, ни одно из предоставленных ими доказательств не могут приниматься всерьез в связи с огромной вероятностью их фальсификации. В-третьих, как Россия — государство, осуществляющее террор и похищение людей в сопредельных странах, вообще может кого-то обвинять в терроризме? То есть, обвинять-то она может, бумага стерпит и не такое, но как подобные обвинения можно принимать всерьез? Тем более – принимать по ним какие-то решения в пользу России? Как такое возможно?

Что, Россия – не государство-террорист? А как тогда назвать государство, организующее похищения людей с территории другого сопредельного государства? Вот конкретный пример: похищение российского оппозиционера Леонида Развозжаева с территории Украины. Еще до захвата Крыма, до войны на Донбассе – в 2012, еще мирном, году.

И если тогда, во времена Януковича, у украинского МИДа ожидаемо не нашлось позиции по поводу похищения Развозжаева, то почему ее не нашлось и в последующие годы, вплоть до настоящего времени? 

Вероятно, потому и не нашлось, что уже в марте 2014 - а это захват Крыма и первые бои на Донбассе, — Украина выдала России "чеченского боевика" Мухаммеда Мигаева, подозреваемого "в участии в незаконном вооруженном формировании и нападении на жителей поселка Рошни-Чу в Чечне". Еще раз: чеченский народ ведет борьбу против российской оккупации. Нет и не может быть никаких "чеченских боевиков", кроме участников кадыровских батальонов смерти. Все, кто противостоит в Чечне Путину и его наместнику Кадырову – все, без исключения, — представители чеченского сопротивления. И, если мы признаем героями бойцов УПА, а Россию признаем страной-агрессором, то никакого иного подхода тут просто не может быть.

А теперь посмотрим, кого нам не выдала Россия. О, тут много ярких примеров. Но я ограничусь одним: Россия не выдала Украине трех убийц 16-летнего краматорского школьника Степана Чубенко: Погодина, Москалева и Сухомлинова, заочно приговоренных к пожизненному заключению украинским судом.

Сейчас все трое подонков прекрасно чувствуют себя в России, и даже не особенно скрываются, уверенные, что им ничто не угрожает. При этом, на момент совершения преступления все трое были гражданами Украины, так что никаких, даже формальных, юридических оснований для отказа в их выдаче нет.

Почему троим убийцам ничего не угрожает в нацистской России? Да потому, что именно такие, как они, подонки и убийцы, являются важнейшей составляющей того, что российская пропаганда называет "российским народом". В России сегодня нет человеческих отбросов, а есть изготовленный из них цемент, который скрепляет воедино этот "народ". Начни Россия выдавать таких, как они, и вся ее криминально-нацистская "народность" на которой, как на фундаменте, выстроена кремлевская власть, рассыплется в пыль.

Впрочем, обсуждение двуединства российской криминальной власти и выведенного ей в ГУЛАГе "российского народа", главной чертой которого является криминальное сознание – тема отдельная. Речь сейчас о другом – о том, что всю систему договоров, сложившуюся между Украиной и Россией, нужно пересматривать, исходя из того, что в лице России мы имеем дело с режимом, не менее отвратительным и преступным, чем гитлеровский.

Вопрос о таком пересмотре, причем, именно с позиций "Современная РФ не лучше (а то и хуже), чем Третий Рейх, а Путин не лучше (а то и хуже) Гитлера" дано назрел и перезрел. Лозунг "Путин — новый Гитлер" должен рефреном внедряться Украиной в мировое информационное пространство. И, разумеется, необходимо не только расторгнуть соглашения об экстрадиции, действующие между Украиной и Россией, но и призвать к этому другие страны мира, мотивируя призыв тем, что невозможно выдавать людей на расправу преступникам и людоедам, даже если эти люди и совершили что-то противозаконное. Впрочем, это еще нужно доказать – и уж точно не с помощью российского следствия и суда.  Да и легитимность российских законов едва ли превышает легитимность нюрнбергских, образца 1935 года.

Момент для такой инициативы сейчас очень благоприятный. Примеру Украины — именно сейчас, — могут последовать и другие страны. Успех же в таком деле, хотя бы частичный, поднимет и наш международный авторитет.

Что касается проблемы криминальных элементов, сбежавших из России в Украину и нежелательных в нашей стране, то существует много способов ее решения и без выдачи их в Россию.

    Реклама на dsnews.ua