• USD 28.4
  • EUR 33.4
  • GBP 36.9
Спецпроекты

Война, которой ждали все. Что происходит в Карабахе и чем это обернется

Очередное обострение Карабахского конфликта стало следствием имперского перенапряжения как США, так и России. Причем удар по интересам последней может оказаться очень болезненным

На кадре из раздаточного видео, предоставленного Министерством обороны Республики Армения, видно поражение азербайджанской бронетехники в Нагорно-Карабахской Республике, на границе Армении и Азербайджана, 27 сентября 2020 года
На кадре из раздаточного видео, предоставленного Министерством обороны Республики Армения, видно поражение азербайджанской бронетехники в Нагорно-Карабахской Республике, на границе Армении и Азербайджана, 27 сентября 2020 года / EPA/UPG
Реклама на dsnews.ua

В ночь на воскресенье, 27 сентября, авиация Азербайджана нанесла удары по военным целям в оккупированном Арменией Нагорном Карабахе. К утру стало ясно, что азербайджанцы, под прикрытием артиллерии и авиации пытаются взять под контроль три ключевые высоты.

Кто первый

По армянской версии, в изложении министра обороны Давида Тонояна, Азербайджан ударил первым, "грубо нарушив действующие нормы международного гуманитарного права и логику мирного переговорного процесса решения конфликта". По версии азербайджанской стороны, изложенной пресс-службой МО, начали армяне: "27 сентября, около 06:00, вооруженные силы Армении, осуществляя широкомасштабные провокации, осуществили интенсивный обстрел из крупнокалиберного оружия, минометов и артиллерийских установок различного калибра по позициям азербайджанской армии вдоль всей длины фронта и по азербайджанским населенным пунктам, расположенным в прифронтовой зоне".

Обе страны объявили о всеобщей мобилизации. О введении военного положения и всеобщей мобилизации объявили и власти непризнанной Нагорно-Карабахской республики (НКР).

Реальная обстановка в зоне конфликта и степень успешности азербайджанского наступления в настоящее время не вполне ясны. Понятно только, что обе стороны отчаянно лгут, преуменьшая свои потери и преувеличивая урон, нанесенный противнику.

На международном уровне Ереван направил в ЕСПЧ жалобу на агрессивные действия Азербайджана, а Баку готовит письмо по ситуации в регионе в СБ ООН. Пашинян также заявил, что Ереван рассмотрит вопрос о признании независимости НКР. Но эти дипломатические манеры — ничто по сравнению с заявлением Турции о готовности оказать Азербайджану полную поддержку.

"Мы решительно осуждаем нападение Армении на Азербайджан. Армения в очередной раз нарушила международное право и показала, что не заинтересована в мире и стабильности. Турция полностью солидарна с Азербайджаном и безоговорочно поддерживает его право на самооборону", – написал в Twitter Ибрагим Калын, пресс-секретарь Реджепа Эрдогана.

Реклама на dsnews.ua

В свою очередь, МИД России выступил с официальным заявлением, в котором призвал стороны немедленно прекратить огонь и приступить к переговорам в целях стабилизации ситуации, а пресс-секретарь Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) Владимир Зайнетдинов заявил в интервью РИА Новости, что "конфликт должен быть разрешен только мирным путем", в рамках Минской группы ОБСЕ. Ни о какой иной поддержке Армении, сделавшей ставку на союз с Россией, пока нет и речи. 

Что же происходит в действительности, и каковы прогнозы развития ситуации?

Кто на чьей стороне

Очередную войну в Нагорном Карабахе уверенно прогнозировали еще с лета, так что непосредственная причина ее начала не имеет, по большому счету, особого значения. С технической стороны и с учетом августовского обострения, спровоцированного Арменией, более вероятным выглядит ответное азербайджанское наступление, предпринятое по согласованию с Анкарой. Это, к слову, никак не влияет на формальную правоту Азербайджана, отстаивающего свою территориальную целостность, отчего международно-правовые позиции Баку прочнее, чем Еревана.

Непосредственные причины действий Баку тоже довольно очевидны: накопившиеся внутренние проблемы. До начала экономического спада династическая диктатура Алиевых более или менее устраивала в Азербайджане почти всех. Избранные богатели за счет нефтегазовой ренты, но и массы, в целом, не бедствовали. Падение нефтяных цен и спад, вызванный эпидемией коронавируса, кардинально изменили ситуацию. Власть столкнулась с необходимостью в срочном порядке сбросить возросшее внутреннее напряжение, чреватое требованиями демократизации режима, перенаправив социальную активность на другие проблемы. Новая война в Карабахе идеально для этого подходит.

Сходные причины поддержать Азербайджан есть и у Эрдогана. В ходе последних выборов его Партия справедливости и развития (ПСР) потеряла пост мэра Стамбула, с которого Эрдоган некогда стартовал в большую политику, и заметно ослабила свои позиции по всей Турции. На международном уровне у Эрдогана тоже все складывается непросто: к глухому противостоянию с Россией прибавились и проблемы в отношениях с ЕС.

Остается, правда, вопрос, как далеко Эрдоган решится зайти в поддержке Баку. Турция граничит, да и то, лишь через узкий коридор, только с Нахичеванской Автономной Республикой — азербайджанским эксклавом, отделенным от остального Азербайджана территориями Армении и непризнанной НКР. Это сильно затрудняет оказание действенной военной помощи Азербайджану без прямого втягивания в армяно-азербайджанскую войну.

С другой стороны, нельзя упускать из виду и непризнанную НКР, которая в этом раскладе ведет собственную игру. ВВП Карабаха составляет примерно $700 млн., а уровень жизни там выше среднего по Армении. Между тем, Пашинян вступил в конфликт со степанакертским кланом, к которому относились предыдущие президенты. И, клан, естественно, хочет реванша, рассчитывая на помощь России. Так что версию о том, что имела место провокация армянских военных, тоже нельзя исключить из рассмотрения.

Выгоды из ситуации могут извлечь также и США. Администрация Трампа, стремясь сократить издержки, сопряженные с тем, что называется "имперским перенапряжением", всячески стимулирует союзников "брать на себя больше ответственности". В случае с Турцией, лелеющей амбиции региональной супердержавы, и последовательно отстаивавшей эти свои притязания в конфликтах в Ираке, Сирии, Ливии, а также в отношениях с ЕС, здесь наблюдается полное совпадение интересов. Так что, Вашингтон, не мешая Эрдогану демонстрировать значимость Турции в регионе и ухудшать отношения с Брюсселем (что также на руку США), получает возможность частично переложить на Анкару бремя регионального жандарма. Кроме того, если новый конфликт в Карабахе примет затяжной характер, Эрдогану уже не нужно будет поддерживать некоторый градус напряженности в отношениях с Израилем, с тем, чтобы укрепиться в положении лидера исламского мира. Противостояние с Арменией и (в данном случае — косвенно) с Россией прекрасно выполнит эту роль, а между Турцией и Израилем восстановятся хорошие отношения, как это было до инцидента с "Флотилией свободы" в 2010 году, к полному удовольствию Вашингтона.

Заодно США, поддержав Эрдогана, щелкнут по носу отбившихся от рук европейских союзников. Попутно на растяжку поставят Россию, подвергая ее дополнительному напряжению в ситуации, когда Кремль и без того вынужден действовать на пределе, а то и за пределами своих экономических возможностей.

Ситуация для Москвы здесь складывается далеко не лучшим образом — и ее тоже можно описать как имперское перенапряжение. Ведь дешевая империя, которую строит Кремль, — прежде всего империя. И лишь во вторую очередь — дешевая. То есть, она требует ресурсов. Но санкции, недостаток технологий и нарастающий дефицит кадров для локальных войн в сочетании с попыткой избежать прямого столкновения со страной-членом НАТО заставляют Россию растягиваться во все более широком шпагате. Ударные темпы накопления золотого запаса создают ей неплохую финансовую подушку, но это в некоторой степени напоминает ситуацию с позднесоветскими купонами: их количество не особо помогает приобрести товар, которого нет. К тому же, лояльность "лояльных режимов" при таких обстоятельствах стремительно дорожает.

В результате, хотя войны все хотят избежать, ловушка, в которую РФ пыталась загнать НАТО, создается для самой России. Оказав помощь Армении официально, по линии ОДКБ, Москва рискует толкнуть конфликт в сторону дальнейшей эскалации. Если она этого не сделает — поставит под сомнение смысл существования блока для остальных его участников. Если же помогать тайно — это не только репутационные потери, но и риск столкнуться с турецкими ихтамнетами не в Ливии или Сирии, а уже в непосредственной близости от собственных границ.

Здесь уместно вспомнить, что война началась сразу после путинского выступления в ООН. Это, очевидно, совпадение — но оно может служить, среди прочего, наглядной демонстрацией Москве того факта, что, если Кремль упорно не желает играть по правилам, то и с ним могут сыграть без правил в ответ.

Впрочем, с российскими позициями в этом конфликте все обстоит не совсем просто. Будучи союзником Армении, Россия поддерживает и тесные экономические отношения с Азербайджаном, что оставляет ей возможности влиять на ситуацию невоенными средствами — правда, они со временем могут оказаться ограничены.

Буферные зоны и украинский интерес

В основном, всё зависит от того, примет ли конфликт затяжной характер. Если нет, все стороны, вероятно, останутся при своих, несколько разрядив за счет патриотического всплеска внутреннее недовольство, и списав часть проблем на последствия войны и происков врагов. Если же конфликт затянется, то он, в перспективе, способен дать старт переформатированию Южного Кавказа, к которому давно все и шло. При этом Армения может уйти из-под зонтика России, поскольку при затяжном сценарии у армян не хватит сил удерживать оккупированные азербайджанские территории, а Россия не сможет долго поддерживать карабахских армян в случае активного вмешательства в конфликт Турции. Это будет означать победу Пашиняна над степанакертским кланом, и последующую смену курса, — из чистой политической целесообразности. Сегодня тесные российские объятия загнали Армению в безнадежный тупик, из которого, без разрыва отношений с Москвой, у нее нет выхода.

Отпадение Армении от России сразу же изменит общий баланс сил на Кавказе. Невозможность содержать буферные зоны вне российских границ будет толкать Москву к расширению границ путем инкорпорации буферных зон. Собственно этим и обусловлен курс на поглощение Абхазии, который мы наблюдаем в последнее время (а Южная Осетия уже по факту присоединена), и выстраивание линии глухой обороны. Существенной ее частью будет Крым, который Москва последовательно превращает в гигантский укрепрайон. В этой связи во весь рост встанет и без того крайне острая проблема водоснабжения Крыма, а, значит, на руководство Украины будут сильно давить одновременно из Москвы и Вашингтона, но в противоположных направлениях: "дать воду" и "не давать воды". Кто сумеет победить в этом политическом армреслинге сегодня не ясно.

Москва также интенсифицирует выстраивание буфера своих сателлитов на западном направлении. В частности, последуют максимально жесткие попытки впихнуть Украину в ОРДЛО, подобно тому, как России уже удалось присоединить Молдову к непризнанной ПМР. Ускоренными темпами будет идти и "переваривание" Беларуси.

Здесь уместно вспомнить, что согласно ст. 36 Стратегии национальной безопасности Украины, Азербайджан и Турция являются нашими стратегическими партнерами. Теперь это положение предстоит проверить на практике и, прежде всего, в плане готовности Украины к его реализации. Во многих отношениях это будет очень непросто. Особенно — учитывая стремление привести позицию Киева в соответствие с точкой зрения ЕС на нынешние события в Карабахе. В этом вопросе такая синхронизация может оказаться обременительной для Украины: если Брюссель сменит нынешнюю примирительную риторику осуждением Баку, Киев окажется на крайне неудобном дипломатическом шпагате.

    Реклама на dsnews.ua