Свой Ленин. Почему инициаторов Украинской Коммунистической партии выгнали из коммунистов

12 марта 1919-го центральный орган ЦК КП(б)У газета "Коммунист" в рубрике "Партийная жизнь" опубликовала небольшое сообщение: "Черная доска. По постановлению Центрального Комитета КПУ от 9 марта 1919 г. граждане Мошенник и Мазлах (в оригинале по ошибке Мазлот). направлены против партии. За действия же, направленные против рабоче-крестьянской революции в Украине, им запрещается занимать какие-либо должности в советских учреждениях". Упомянутые здесь Василий Шахрай и Сергей Мазлах (Робсман) — известные в то время полтавские большевики. В январе 1919-го они издали небольшую брошюру "До волны. Что происходит на Украине и с Украиной?" объемом 102 страницы. Именно эта брошюра и послужила причиной их исключения из партии.

После поражения первой советской власти в Украине весной 1918-го Мошенник и Мазлах оказались в Саратове. Сергей Мазлах стал заведующим Саратовским подотделом Украинского отдела Народного комиссариата национальностей РСФСР, а Василий Шахрай — заведующим подсекцией печати этого отдела. Там же в Саратове вышли на украинском книги "Революция на Украине" за подписью "В. Скоровстанский" (этот псевдоним Василий Шахрай взял в противовес тогдашнему гетману Украины Павлу Скоропадскому) и первый сборник переводов на украинский язык трудов Владимира Ленина по национальному вопросу, подготовленный. Он же стал главным автором брошюры "До волны".

И если "Революция на Украине" и переводы Ленина остались малоизвестными, то книга "До волны" произвела впечатление взрыва — недаром ее называют украинским коммунистическим манифестом.

Сергей Мазлах писал, что они с Мошенником привезли тираж брошюры в Украину на ІІІ Всеукраинский съезд советов, состоявшийся 6-10 марта 1919 в Харькове. Узнав о том, что авторы распространяют свой труд среди делегатов, ЦК КП(б)У не только исключил их из партии, но и приказал сдать все экземпляры "До волны" Полтавскому комитету КП(б)У. В газете УСДРП-независимых "Красное знамя" в апреле 1919-го упоминается, что по телеграмме, подписанной секретарем ЦК КП(б)У Георгием Пятаковым, "книга была арестована Полтавским комитетом, а авторов требовалось выслать за пределы Украины. Правда один остался в Полтаве". Правда один остался в Полтаве.

Что так возмутило ЦК КП(б)У в той небольшой брошюре? Авторы написали ее целиком с марксистских позиций, вспоминают и подробно анализируют взгляды Ленина по национальному вопросу. В частности, обращают внимание на многочисленные выступления руководителя большевиков к революции 1917-го на защиту положения о праве наций на самоопределение вплоть до обособления, которое, кстати, было отмечено и в Программе РСДРП (пункт 9). В то же время Василий Шахрай и Сергей Мазлах указывают на противоречие между ленинской теорией национального вопроса и политикой большевиков в Украине, разоблачая их великодержавные шовинистические тенденции.

В образованной в 1918 Коммунистической партии (большевиков) Украины тогда преобладали сторонники так называемой екатеринославской точки зрения. Так, избранный в октябре 1918-го секретарем ЦК КП(б)У Эмануил Квиринг, бывший председатель Екатеринославского комитета РСДРП(б), и бывший секретарь этого же комитета Яков Яковлев (Эпштейн) считали, что Украина — это только южная часть России. (большевиков). Такое решение, собственно, и было утверждено по предложению Квиринга в июле 1918-го на первом съезде КП(б)У в Москве. Это же положение Украины было закреплено в марте 1919 восьмым съездом РКП(б), который постановил, что партийные организации украинских, литовских, латышских и других коммунистов действуют на правах областных комитетов партии. Против этого фактически выступили Василий Шахрай и Сергей Мазлах, призвав к образованию отдельной Украинской Коммунистической партии (большевиков) как равноправной секции Коммунистического Интернационала ради борьбы за самостоятельную социалистическую Украину — равноправную сестру социалистической России.

Указывая на неразрывную связь тенденций интернационализации мировой экономики с пробуждением к культурной жизни ранее угнетенных наций и народов, подъемом национально-освободительных движений во всем мире, авторы пишут, что "пришло время показать свой интернационализм на деле", показать, чем отличается самоопределение наций, провозглашенное президентом США.

В то же время Василий Шахрай и Сергей Мазлах никогда не проявляли антироссийских настроений: "Новая Россия и новая Украина — две равноправные сестры, две свободные страны, две независимые, самостоятельные и в то же время объединенные общими интересами, уважением вежливости друг к другу, — вот к чему стремимся мы..." странами надо избавиться от наследия Российской империи, всей оставшейся от нее "трухлятины и гнили" и прямо указывают Ленину, что "Екатеринославом пахнет и в Москве". Причем они не подвергали сомнению авторитет Ленина, но искренне желали Украине иметь "своего Ленина".

До сих пор поражает смелость и блестящий народный юмор авторов "До волны" в прямом обращении к лидеру большевиков.

"Т. Ленин! Вы на нас не обижайтесь! Ей-Богу, мы больше вас уважаем как пролетарского борца, чем много ваших хвалителей. И не для того, чтобы оскорбить, а чтобы объяснить наше мнение, мы приведем анекдоту. Мы конечно "хитрые хохлы", мы конечно употребляем "хохлацкий юмор", но сейчас у нас есть хохлацкий юмор, но сейчас. посмеяться нам, когда даже жутко у нас на душе? Почему бы нам не следовать совету В. Либкнехта: "короткая, но веселая жизнь"?

Итак, послушайте анекдоту, т. Ленин!

Один поп в субботу вечером, хорошо поужинав и вкусно поцеловав попадью, сел в своем кабинете и написал проповедь, которую ему пришлось сказать на завтра после службы в церкви. Как обычно, дома у себя он ходил в старенькой рясе и в старых штанах (люди иногда очень долго думают, что попы ходят без штанов, в седьмом и мы "каемся"). Написав проповедь, он положил ее в карман старых штанов и пошел спать к попадье. Как он спал, нам до этого нет никакого дела. А только утром, когда зазвонили в церкви, он одел новую рясу и новые брюки, потому что в праздник и в церкви в старом быть не годится. Вот, кончилась служба, батюшка выходит перед алтарем и обращается к своей пастве: "Братие во Христе!" — а сам шарит по карманам. "Братие во Христе!" — сюда, туда лап, хап… нет проповеди. "Братие во Христе! Делайте так, как у меня написано в старых штанах, аминь!"… (орфография оригинала).

Именно поэтому авторы "До волны" задали вопрос о политике Кремля в отношении Украины: "А в отношении Украины, т. Ленина, мы скажем: может быть сейчас только два ответа: 1) или самостоятельная Украина — тогда должно быть и "свое" правительство и "своя" партия;

т. Ленино! Мы просим вас ответить еще нам на вопросы, представляющие для нас "личный" интерес.

Можно ли оставаться членом РКП и отстаивать самостоятельность Украины?

Василий Шахрай и Сергей Мазлах понимали, что может их ждать — еще в Саратове некоторые из местных коммунистов угрожал одному из авторов ЧК. В книге "До волны" упоминается, как авторам пришлось "говорить о самостоятельности Украины с народным комиссаром национальных дел т. Сталиным. Он тоже; нас напугал чрезвычайкой, но увидев, что мы "испугались", поспешил добавить: "Нет, нет, я нам шучу"! это такой аргумент, что нам приходится только согласиться".

Позже Сергей Мазлах, вспоминая о решении ЦК КП(б)У исключить их из рядов партии, отмечал, что они с Василием Мошенником "не ждали от них такой ерунды". И даже считали это исключение положительным, потому что оно снимали ответственность за политику партии и привлекало к Мазлаху и Мошеннику симпатии рабочих масс. Насмешливый из партийной верхушки, которая пыталась выслать его из Украины, Мазлах писал: "Где заканчиваются и где начинаются границы Украинской республики? Ведь для вас Украины не существует, есть только слово Украина. Позвольте мне Полтаву считать российским городом и оставьте меня в покое".

В письме к жене, которая оставалась с детьми в Саратове, Сергей Мазлах отмечал: "Конечно страшного здесь ничего нет. Логично размышляя и делая соответствующие выводы из сложившегося положения, я должен бы временно перейти на нелегальное положение и продолжать усиленную работу по организации мощной и сильной партии. Будущее за этой партией". Однако тоска по семье и влияние старых товарищей заставили его вскоре отказаться от этой идеи. В сентябре 1919-го Сергей Мазлах подал заявление в ЦК РКП(б) о возобновлении партии большевиков, и это заявление удовлетворили. Хотя сам он больше никаких "уклонов" не поддерживал, его настигла волна сталинского террора 1937 года.

Василий Мошенник каяться не стал. Некоторое время он учительствовал на Полтавщине, а в июле 1919 года, когда сюда подвинула белогвардейская армия Антона Деникина, отправился для подпольной работы против него на Кубань. Там его схватили и расстреляли деникинцы в начале 1920-го. Идея Украинской Коммунистической партии была реализована двумя левыми ответвлениями от крупнейших тогда украинских партий. Левое крыло УПСР, которое еще в марте 1919-го перешло на коммунистическую платформу и взяло название УПСР(коммунисты), вместе с левым крылом УСДРП-независимых в августе 1919-го образовали Украинскую Коммунистическую партию (боротьбистов). себе название Украинская Коммунистическая партия (более известная как укаписты). Хотя представители обеих этих партий испытали влияние идей "До волны", но это уже совсем другая история.