Государство

Почему Путин врет, что после освобождения Савченко с России снимут санкции

Освобождение российского узника номер один ускорит помилование других пленников Кремля, но при этом РФ надеется использовать этот «подарок» как козырь в торгах с Киевом и Брюсселем

Фото из открытых источников

Несмотря на то что тема помилования Надежды Савченко, почти два года пробывшей в российской тюрьме, звучала давно, сегодняшнее прибытие украинской летчицы в Киев стало несколько неожиданным. Ведь до последнего момента не верилось в то, что команда Владимира Путина согласится отпустить самого популярного солдата и депутата парламента страны-врага. Тем более что обмен Савченко на двух ГРУшников назвать равноценным никак нельзя. Хотя бы потому, что такие диверсанты-неудачники, как Евгений Ерофеев и Александр Александров, в РФ ничего не стоят. Следовательно, в Москве надеются получить от освобождения Савченко другую выгоду.

Безусловным плюсом в успешно закончившейся российской истории Надежды Савченко является то, что Герой Украины прибыла на родину уже в статусе помилованной. Хотя российские власти могли отправить в Киев незаконно осужденного на территории РФ депутата Верховной Рады для отбывания наказания в родной стране. Конечно, в этом случае Савченко за решеткой не провела бы и дня, но тогда бы несоблюдение Украиной международных обязательств по обмену заключенными стало бы формальным поводом для негодования руководства России. Дескать, мы вам поверили, отдали осужденного военного преступника, а вы его выпустили. Серьезных последствий такие претензии не имели бы, но для очередной волны информационной атаки Москвы на Киев вполне сгодились бы. А так все формальности соблюдены и никаких зацепок.

Вторым положительным моментом в завершившемся процессе обмена Надежды Савченко является уже то, что он прошел успешно. Ведь теперь Украина и Россия могут использовать наработанный механизм для того, чтобы провести обмен других пленных военных, которые остаются как в тюрьмах России, так и в наших СИЗО. И есть вполне обоснованная надежда, что политики в этом вопросе станет намного меньше. Впрочем, так ли это, покажут переговоры относительно освобождения других известных российских узников, например, Олега Сенцова и Александра Кольченко.

В то же время первые шаги Надежды Савченко на родной земле могут спровоцировать и ряд негативных факторов в продолжающейся украинско-российской войне. В первую очередь это активизация российской пропаганды в вопросе снятия западных санкций. И первые заявления политикума Кремля в этом направлении уже прозвучали. Например, вице-спикер Госдумы Игорь Лебедев выразил уверенность, что освобождение Савченко — это первый шаг на пути к отмене санкций ЕС, действующих сегодня против России. Несложно спрогнозировать, что таких заявлений в ближайшие дни будет еще очень много. Более того, подхватят их и европейские друзья Кремля в Италии, Греции и других странах ЕС, открывая тем самым второй информационный фронт для оказания давления на Брюссель.

Как ни странно, уже разглядели в таких действиях руководства РФ очередную «зраду» и некоторые отечественные эксперты и журналисты. Согласно их предположениям, если Путин освободил Савченко, значит, наш президент пообещал ему в благодарность содействовать в ослаблении экономического давления ЕС на Россию. Хотя это, мягко говоря, неправда. Хотя бы потому, что позиция Брюсселя, впрочем, как и Вашингтона, в этом вопросе остается неизменной и возможная отмена санкций против РФ по-прежнему зависит от соблюдения Москвой вторых Минских соглашений.

Нет сомнений, что команда Путина использует историю освобождения Савченко и на донецком направлении. В частности, потребует ускорить решение вопроса об амнистии всех участников бандформирований ЛДНР. По логике Кремля, помилование украинской летчицы было первым жестом доброй воли со стороны РФ и теперь Киев обязан сделать ответный шаг — принять специальный закон об амнистии всех и вся. То, что в Украине уже действует закон, регулирующий процедуру помилования преступников, Владимира Путина не волнует. Ведь ему нужны официальные гарантии для всех тех, кто убивал украинских военных на Донбассе на протяжении двух лет непрекращающейся войны.