Для тех,
кто не делает
поспешных выводов

Информзащита по-новому. Когда закроют "Интер"

Понедельник, 27 Февраля 2017, 18:30
Критики доктрины боятся, что начнут закрывать неугодные ресурсы, а сторонники хвалят за осовремененный текст

Фото: УНИАН

На четвертый год войны свершилось чудо — власть обновила доктрину по информационной безопасности. СНБО утвердила ее еще в конце января, а на днях Петр Порошенко поставил свою подпись под документом. Чтобы понимать, зачем это было нужно, стоит почитать старую доктрину, утвержденную еще Виктором Ющенко. 

Там, помимо угроз раскола общества через манипуляции в СМИ, прописаны такие забавные фразы, как "распространение в СМИ несвойственных украинской культурной традиции ценностей и образа жизни", а среди целей — "реализация госполитики духовного и культурного возрождения", "приумножение моральных ценностей" и т. д. Ничего, казалось бы, плохого, но несколько не учитывает военные реалии и отдает учебником по семейным ценностям.

Цифра и медиаграмотность

Что касается нового документа, он расписан под текущую ситуацию. "Принятая доктрина определяет инновационные подходы к нацбезопасности в информационной сфере", — написал у себя в Facebook Порошенко. Необходимость инновационных подходов очевидна, но доктрина уже вызвала споры в социальных сетях.

Целью ее принятия, как указано в тексте документа, является уточнение основ формирования и реализации государственной информполитики, в первую очередь по противодействию информационному влиянию РФ в условиях гибридной войны. Среди механизмов, которые собираются по этой доктрине задействовать, можно выделить несколько. Это и использование местных СМИ для военных потребностей, и возможности отрубить интернет в условиях военного положения, и оптимизация законодательства согласно Европейской конвенции о трансграничном телевидении (как уже писала "ДС", частично именно эта конвенция позволила отключить "Дождь"). Также власть планирует изучить практику НАТО, создать и развить в вооруженных силах структуры, "которые отвечают за информационно-психологическую безопасность". Кроме того, всю Украину обещают покрыть цифровым вещанием, особенно это актуально для пограничных районов и линии разграничения. В доктрине также объявлена война субъектам украинского информпространства, которые созданы или используются государством-агрессором для ведения информационной войны. Как именно спецслужбы докажут факт подрывной деятельности и сделают ее невозможной, впрочем, не сказано. Интернет-пользователи уже иронизируют на тему этого пункта: "Меняю целую доктрину на один малюсенький, но закрытый телеканал "Интер".

Обещают ограничить и свободный доступ на рынок информпродукции страны-агрессора, если она пропагандирует войну, насилие, национальную и религиозную вражду, провоцирует массовые протесты и т. д.

Из приятного: государство обещает стимулировать производство собственного контента — как аудиовизуального, так и текстового — с помощью системы квот и грантов. Для этого обещают объявлять конкурсы. Надеются развить и общественное телевидение с нормальным финансированием, а также создать системы вещания территориальных общин, что должно снизить конфликтность внутри них. Кроме того, власть обещает поддержать книгопроизводство, развить правовые инструменты защиты права человека на доступ к информации. Из звучащего оптимистично, но пока не очень реалистично, можно выделить повышение медиаграмотности общества и удовлетворение потребностей населения в Крыму и на оккупированной части Донбасса в объективной и достоверной информации. Вместо "традиционных моральных ценностей" в социальной рекламе планируют крутить ролики о ценностях свободы, демократии, патриотизма, национального единства и защиты Украины от различных угроз. Также хотят развивать механизмы электронного правительства (медленно, но верно, мы уже движемся по этому пути) и проводить за границей украинские культурные фестивали.

Разбросали на всех

Основная работа по предотвращению угроз ляжет, впрочем, не на Мининформполитики, а на СНБО. Ведомство Стеця займется мониторингом СМИ с целью выявления запрещенной информации, мониторингом угроз национальным интересам, координацией центральных и местных органов власти в сфере информполитики и поможет МИД с донесением информации до иностранных СМИ. Также МИП будет отвечать за кризисные коммуникации. МИД же напишет стратегию публичной и культурной дипломатии, скоординирует информационную деятельность госорганов за границей, поможет продвигать нашу позицию за пределами Украины и т. д. Минобороны будет отвечать за систему военно-гражданской связи в местах постоянной дислокации ВСУ, а также за освещение темы АТО за границей. Кроме того, министерству нужно будет противодействовать спецоперациям, направленным против ВСУ. Минкульт, Госагентство по вопросам кино, Нацсовет и Госкомитет по теле- и радиовещанию помогут бороться с пропагандой агрессора. СБУ будет мониторить СМИ (и наши, и иностранные), выискивая угрозы нацбезопасности, а также будет противодействовать спецоперациям, направленным на подрыв конституционного строя, нарушение суверенитета и обострение социально-политической и экономической ситуации. Внешними угрозами нашей информбезопасности также займется разведка.

Боятся охоты на ведьм

Самыми спорными стали пункты о контроле СМИ на предмет работы на агрессора и других угроз. С одной стороны, только ленивый не писал о концертах с участием российских звезд на "Интере", о пропаганде сепаратизма на "112" канале от целой группы спикеров, которые там почти поселились, о финансируемых из РФ новостных сайтах. С другой — контроль, в котором поучаствуют наши Нацсовет и Госкомитет по теле- и радиовещанию, может превратиться в банальную охоту на ведьм. Вопрос — в реализации пункта, ведь если СМИ действительно начнут закрывать за неудобные цитаты, это большое наступление на свободу слова. Но делать что-то с информационной войной не то чтобы пора, надо было начать еще три года назад. Специалист по кибербезопасности Егор Аушев успокаивает: "Не вижу ничего плохого в том, что такие вещи будут делаться по решению суда. Однако грань порядка и свободы слова очень тонка и субъективная и зависит от правильной имплементации. Иначе такие решения могут превратиться в удобный механизм давления на бизнес и политиков. А вообще, в реальной жизни почти у всех людей есть идентификационный код, у авто — номера, а полиция может проверить документы. Это делает для защиты и порядка. Почему бы не иметь прозрачные правила в интернете?" По его словам, в Европе также существуют механизмы блокирования веб-ресурсов при участии комиссара информации — через суд. Критики доктрины говорят, что госструктуры в ЕС СМИ не блокируют — владелец сайта сам предпринимает меры, указанные в решении суда. А именно закрытие сайтов государством популярно в РФ, Китае и Беларуси. Но как бы то ни было, споры пока идут в рамках интерпретации текста, ведь четкие законодательные механизмы контроля за вражескими ресурсами и контентом пока не прописаны.

Другой вопрос, сработает ли вообще доктрина. Неясно, как именно определять информацию, вредящую государству, чтобы не начать наказывать всех подряд. Довольно проблематична и идея обеспечить доступ к информации на оккупированных территориях, где вовсю крутят российские каналы, а популярность украинских даже при возможности доступа стремится к нулю. Еще полгода назад в Мининформполитики признавались, что наши вышки просто не добивают сигнал до Крыма, в то время как у РФ есть техническая возможность затронуть наши пограничные территории. Что периодически и случается, иначе не было бы такого количество жалоб на российское ТВ в приграничной зоне и по линии разграничения. И последнее, не так уж понятно, можем ли мы создать по настоящему качественное общественное ТВ или выделенные государством гранты растают как по волшебству. Но уже хорошо, что идеи в доктрину занесены реалистичные и отвечающие современным потребностям Украины.

Больше новостей об общественных событиях и социальных проблемах Украины читайте в рубрике Общество