Общество

Кухонное рабство. Война полов начинается со школы и в Сомали, и в Голландии

Согласно докладу ЮНИСЕФ, девочки проводят в среднем на 40% больше времени, выполняя различного рода работы по дому, чем мальчики

Две трети девочек по всему миру готовят еду и убираются по дому, присматривают за младшими братиками и сестричками или за пожилыми членами семьи. Традиция привлекать девочек к домашней работе, по мнению специалистов ЮНИСЕФ, лишает девочек возможности учиться, играть и наслаждаться детством. А неравное распределение бытовых обязанностей между детьми разного пола закрепляет гендерные стереотипы, в частности, представление о том, что женщина дожна нести двойную нагрузку.

Никакого открытия в этом докладе нет - он дает представление разве что о "масштабах катастрофы". Мое детство, например, проходило под знаком постоянного, назойливого даже внимания подруг моей мамы к моему воспитанию: почему это ты готовишь/стираешь/стоишь в очередях, а она читает книжку? Вот А., например, каждый день наводит полный порядок в доме, ее счатливая мама даже не знает, где стоит веник. А Б., например, после школы оббегает все магазины на предмет где что "выбросили". А В... А, Б и В, мои одноклассницы, и сами недоуменно-укоризненно замечали мне, что столько работы по дому, а я тут книжку читаю. И ведь нельзя сказать, что у меня не было домашних обязанностей. Просто я любила читать.

Стереотип о "женской работе" обычно тем выразительнее, чем хуже социальная атмосфера в обществе и чем труднее быт. Нет ничего удивительного в том, что тяжелее всех приходится девочкам Сомали, у которых работа по хозяйству отнимает почти все свободное время. Взрослые, думаю, в этот момент тоже не лежат под пальмой. Если быт тяжел - он тяжел для всех. Там, где детей часто привлекают к хозяйственным работам, возможно, иначе просто нельзя. Непростой быт распределяется между всеми, кто "дорос" до тех или иных работ. Еще каких-то сто лет назад, в доколхозные времена, такая практика была распространена и в Украине - на крупных крестьянских хозяйствах принято было заводить много детей, как раз для того, чтобы были рабочие руки.

Проблема, озвученная ЮНИСЕФ, заключается не столько в том, что девочки много работают по дому, сколько в том, что мальчиков участь сия обходит. В этом случае мужчина вырастает с уверенностью в том, что он "ничего не должен", а женщина "всегда должна". Эти стереотипы обеспечивают жесткое деление на "социальную" мужскую жизнь и "приватную" женскую. И проблема вовсе не в том, что девочки меньше играли и оттого хуже развивались, а в том, что даже если найдется девочка, которая играла и развивалась не хуже мальчиков, у нее все равно нет шансов вырваться в широкую жизнь.

Так что прежде чем начинать "иначе воспитывать девочек" и "освобождать" их от быта, давайте ответим на главный вопрос революционного матроса: как выглядит "справедливость"? Мы хотим, чтобы "не стало богатых" или мы пытаемся искоренить бедность? Можно разорить богатых и даже уничтожить их физически - но бедность от этого не только никуда не денется, но может даже усугубиться.

Поэтому не спешите "иначе воспитывать девочек" и снимать со старших заботу о младших. Им все равно придется заботиться и заниматься хозяйством - так что, пускай учатся и привыкают к этой мысли. Даже если они закончат университеты и найдут приличные работы, мыть пол все равно придется. Хотя бы изредка.

Давайте лучше "загружать" мальчиков. Распределять груз равномернее, тогда и представления о "справедливости" у обоих полов сформируются примерно одинаковые. Призывать только к "освобождению девочек", значит, усугублять войну полов там, где можно прийти к миру. Невозможно преодолеть стереотипы о "женском" и "мужском" призвании, "женской" и "мужской" работе, о том, кто кому, что и сколько должен призывами "прекратить". "Прекратить" все равно не получится - пол-то мыть нужно, а градус конфликта сильно возрастет. Может, конечно, с точки зрения ЮНИСЕФ и прочего ООН это не так уж плохо - чем горячее конфликт, тем выше бюджет на его преодоление. Но я все же надеюсь, что у большинства участников гендерных войн конечная цель исчисляется не дензнаками, а чувством глубокого удовлетворения собственной жизнью.

Поэтому давайте займемся мальчиками. Ну и девочками, конечно, тоже - но не "освобождением от хозяйства", а освобождением от бытовых стереотипов. В свое время, романтики думали, что достигнут коренного слома гендерных стереотипов, сведя мужские и женские школы в "смешанные". Но романтики то ли чего-то недопонимали, то ли просто кривили душой. Индустриальной эпохе, породившей школу в ее нынешнем виде, было просто все равно, кто стоит у конвейера - мужчина или женщина. Более того, индустриальная эпоха вытаскивала женщин с кухни, чтобы поставить ее к конвейеру - потому что мужских рук не хватало. Но кухни при этом с женщины никто не снимал. Не со зла - а просто кто-то же должен готовить. Так для женщин индустриальная революция обернулась "двойной занятостью". Неизбежность такого положения вещей отчасти было поддержано самой индустриальной культурой - во избежание демографического коллапса: труд женщины был признан "менее ценным" чем труд мужчины. Свою производственную "неполноценность" женщина должна была компенсировать еще одной трудовой сменой - "по хозяйству".

Индустриальная культура не могла позволить себе "освобождения женщины" - и освобождения девочки соответственно - хоть и сделала ряд стереотипов неактуальными, поскольку вывела женщин в сферу производства. Но стереотип о "женской работе" в то же время актуальности не утратил и выстоял. Школа, построенная на принципах индустриальной культуры, пришла к идее смешанного обучения, поскольку в производстве и девочкам, и мальчикам были нужны примерно одинаковые навыки, но при этом исправно культивировала гендерные стереотипы. И, кстати, не нужно ходить за примерами в Африку или Юго-Восточную Азию: украинская школа по-прежнему вполне гендерно-стереотипична. На уроках труда по сей день девочки учатся шить и готовить, а мальчики - выпиливать лобзиком и "ковать чего-то железного". Не предполагается, что мальчик должен уметь пришить пуговицу, зашить разошедшийся шов или приготовить омлет. Несмотря на то, что эти навыки наверняка понадобятся ему в жизни скорее, чем умение выпиливать лобзиком. Уроки труда - как и многое в нашей постсоветской школе - не направлены на формирование нужных навыков. Они направлены на формирование стереотипов. Что самое абсурдное - стереотипов уже неактуальных.

Распределение бытовых обязанностей и формирование сходных навыков у мальчиков и девочек способствовало бы разрушению стереотипов. Не потому, что "все равны перед бытом" - хотя это тоже полезная мысль. А потому что совместная работа, сотрудничество, "равенство умений" (подлинная основа "равенства возможностей") дают возможность лучше понять друг друга. Общее занятие ради общего блага - это общее коммуникативное поле, где успех зависит от умения договариваться. Это, наконец, единственный возможный путь к партнерству и просто счастливому браку. В котором нет "ролей" - поскольку это не спектакль с заранее согласованным сценарием. В котором умение договариваться и понимать друг друга - единственный залог успеха.

Но все эти рассуждения действительны и важны только в том случае, если стереотипы действительно неактуальны и мешают обеим сторонам. В тех случаях, когда война полов начинает мешать жить, и притом сильно. Но до тех пор, пока одна из сторон в этой войне держит ситуацию под контролем, никаких шансов на ломку стереотипов нет. И дело тут - в точности как в индустриальной школе - не в том, что "девочке надо научиться". Вся система "девочковского" воспитания направлена на укрепление и воспроизведение "полезного" для общества стереотипа.

Бытовое воспитание девочки - и, думаю, это действииельно и для Украины, и для Нидерландов, и для Сомали - примерно соответствует тому, с чем ей придется столкнуться во взрослой жизни. Это касается и прикладных бытовых навыков, и тех ожиданий, которые возлагает на женщину каждая конкретная культура. Поэтому заявление ЮНИСЕФ выглядит одновременно и жутковато - потому что девочки/женщины действительно, фактически, обречены на "кухонное рабтво" с самого детства в большей части мира, - и безнадежно, потому что исправить это положение можно только посредством глубоких культурных и социальных изменений. Которым традиционные патриархальные общества будут сопротивляться и сопротивляются изо всех сил, в том числе, самыми шоковыми методами.