• USD 28.1
  • EUR 33.8
  • GBP 38.9
Спецпроекты

Без князьков и корольков. Как украинцы от своей шляхты отказались

Михаил Грушевский, работая над трудами по истории Украины, провозгласил украинцами лишь украиноязычных и православных — казаков, селян и часть мещанства. Большая часть украинской шляхты осталась за бортом

Ярема-Михайло Вишневецкий
Ярема-Михайло Вишневецкий / Getty Images
Реклама на dsnews.ua

Украинцы любят сокрушаться над своей историей. На самом деле, все не столь печально. Более того, даже оптимистично. Во всяком случае – не хуже, чем у других, а в некоторых аспектах даже лучше. Просто в извечной дилемме о стакане отцы-основатели отечественной историографии выбрали опцию «наполовину пуст».

Историческое решение Грушевского

В середине в ХIХ в. с началом формирования украинской политической нации перед представителями «хлопоманской» интеллигенции остро стал вопрос о создании национальной идеи, национального мифа и написания национальной же истории. Во всех упомянутых случаях сперва нужно было определиться, что собой представляет украинская нация.

Народовцы Николай Костомаров, Пантелеймон Кулиш, Владимир Антонович и прочие в силу ряда обстоятельств были очарованы «простым народом». Селяне в их глазах всячески идеализировались и объявлялись главными носителями украинскости, духовности и моральности. Вполне в российском духе, заметим, с его народностью и скрепами. Впоследствии на это наложилось массовое увлечение социалистическими идеями и популярность тезиса о якобы безбуржуазности украинской нации. Мол, украинцы – природные демократы и чуть ли не генетические социалисты, ибо нашему народу не свойственна эксплуатация человека человеком, — таким "неподобством" в границах Украины промышляли исключительно богомерзкие ляхи, москали, немцы и жиды.

Михаил Грушевский, крестный отец нынешней концепции истории Украины, был типичным представителем социалистов-народников. Когда он занялся написанием истории Украины, перед ним тут же во весь рост встала задача – как выделить историю собственно украинцев изо всех остальных племен и народов, веками проживавших на ее землях? Ничтоже сумняшеся Михаил Сергеевич провозгласил украинцами лишь людей, разговаривающих на украинском языке и православных по вероисповеданию, — то есть казаков, селян и часть мещанства. Историю с православием Грушевский практически «списал» с идеологии Российской империи: «Быть русским – значит быть православным. Быть православным – значит быть русским».

Любой историограф, пишущий историю своего народа, сознательно или несознательно старается показать его с самой лучшей стороны, более честным, благородным, духовным, умным, трудолюбивым, нежели соседи. Вроде "наши храбрые разведчики" — и "их подлые шпионы". В силу социалистического мировоззрения и идеологической установки на безбуржуазность, исключение эксплуататорских классов и сословий из лона украинства в глазах социалиста Грушевского было для украинцев огромным плюсом. В итоге легким движением пера большая часть украинской шляхты оказалась выброшенной за борт. Что печально – это сработало. Ранее понятие «шляхтич» было абсолютно вненациональным, изначально определяющим исключительно сословие и не более того, а сегодня общественное сознание воспринимает это понятие как синоним этнонима «поляк».

Николай Ивасюк, "Въезд Богдана Хмельницкого в Киев 1649"
Николай Ивасюк, "Въезд Богдана Хмельницкого в Киев 1649"
Реклама на dsnews.ua

"Наш" и "не наш" Вишневецкий

Здесь перенесемся «за поребрик». В конце XVIII в. и на протяжении почти всего ХIХ в. культурная, бытовая, да и языковая пропасть между великорусским дворянством и крестьянством была на порядок глубже и шире, чем между шляхтой Речи Посполитой и простолюдинами. В России различие в костюме было абсолютным, а в языке аристократы вообще предпочитали французский. Дворяне и крестьяне фактически были разными народами, но при этом ни одному русскому историку даже в голову не приходило их разделять. А вот у нас такое разделение успешно состоялось.

Отсюда следуют парадоксальные трактовки, когда, например, Дмитро (Байда) Вишневецкий — это абсолютно наш человек, славный казак, основатель Сечи и герой многочисленных песен и дум. Но его потомок – Ярема-Михайло Вишневецкий, первый в роду принявший католицизм – уже «не наш». Ход войны войск Богдана Хмельницкого против Вишневецкого – это «украинская история» и борьба за Державу, а такие же украинцы с противоположной стороны — уже «поляки» и «поработители».

Кстати, Вишневеччина (так назывались маетности магната) размерами превышала среднестатистическую западноевропейскую страну и стараниями Яремы-Михайла Вишневецкого стала одним из самых процветающих уголков Европы вообще. За 16 лет существования Вишневеччины численность населения там увеличилось с 4,5 тыс. до 230 тыс. человек. Став католиком, магнат не только не сделал ни единого шага по насаждению католицизма на подвластных землях, но и продолжал всячески поддерживать православную церковь.

Кроме того, он активно вмешался в конфликт между двумя православными митрополитами: Исаией Копинским и Петром Могилой (последний был Вишневецкому двоюродным дядей). Копинский ориентировался на Москву и стремился подчинить Киевскую митрополию Московскому патриархату. Петр Могила, наоборот, намеревался создать самостоятельный Киевский патриархат. Вишневецкий активно поддержал своего родственника, за что тут же получил ответ — инспирированное Москвой антифеодальное восстание казаков под руководством Павла Павлюка. По свидетельству польского хрониста Шимона Окольского, Павлюк намеревался соединиться с донскими казаками и перейти в подданство Московского государства.

Интересная ситуация, да? Не наш «польский» (или же «ополяченный») магнат выступает за независимую украинскую церковь, развивает экономику и ремесла, обустраивает православные монастыри, школы, общественные места… И он же — поработитель. А вот казаки Павлюка, разоряющие все на своем пути и жаждущие податься под руку «православного царя», — это «наши», борцы за свободу.

Ян Матейко, «Люблинская уния»
Ян Матейко, «Люблинская уния». Картина написана в 1869 году

Чем занималась украинская шляхта

Из богатейших магнатских родов украинского происхождения стоит вспомнить хотя бы Чарторыйских, Сангушек, Тишкевичей, Заславских, Збаражских, Сенявских, тех же Вишневецких. В Варшаве и Кракове их завистливо называли «украинскими корольками». Из всех древних русько-литовских (украино-белорусских) родов у нас «своими» полностью признали, кажется, только Острожских.

Следует помнить, что даже абсолютно польские, на первый взгляд, фамилии, вроде Замойских, Калиновских или вездесущих Потоцких в результате многочисленных браков с представителями руських родов имели больше украинской крови, чем польской. Отличным примером этому может послужить Николай Василий Потоцкий (1707-1782). Он был личностью неоднозначной, взрывной и скандальной, но на старости лет умерил пыл, перешел на украинский язык, даже одевался как казак и стал одним из самых щедрых меценатов в Речи Посполитой. За его деньги были построены такие украинские (униатские) храмы: Церковь Успения Пресвятой Девы Марии в Городенке, Воздвиженская и Покровская церковь в Бучаче (в этом же городе он поставил и знаменитую ратушу, одну из самых красивых в Европе). Во многих храмах на его средства были поставлены иконостасы. Собственно, Николаю Василию мы должны быть благодарны за феномен Георга Пинзеля – его придворного скульптора. И главное, именно на деньги Потоцкого было осуществлено масштабное строительство в Почаеве. Именно благодаря ему появился один из крупнейших в Украине монастырских комплексов. На это была выделена астрономическая по тем временам сумма 2,2 млн злотых. Одновременно каждому из монастырей ордена св. Василия Великого было выделено по 30 тыс. злотых, что тоже немало. Последние годы своей жизни Николай Василий Потоцкий, постригшись в монахи, провел в Почаеве. Там и похоронен.

Но главным занятием шляхты все же была война. Именно шляхта вместе с казаками обороняла украинские земли от татар, турок, волохов и московитов. Но это уже «не наша» история, и все их славные и громкие победы, получается, тоже «не наши». Наши — только неудачные восстания.

Все победы и достижения времен Речи Посполитой были подарены полякам. Впрочем, большую часть достижений украинцев времен Российской империи и СССР мы тоже успешно отдали русским. И получается, что почти все средневеково-ренессансные исторические памятники на Правобережье — это поляки построили, а украинцев там как бы и не было. Польские туристы приезжают и восхищаются красотами всходних кресов, а на аборигенов смотрят свысока. Мы же заводим песню про казаков, вместо того чтобы с полным правом вернуть себе украинское наследие Речи Посполитой, которая, напомним, вовсе не то же, что Польша, а союзное государство трех славянских народов. И таки да, с точки зрения что писаного, что обычайного права, на момент своего существования как страна-поработитель никем не рассматривалась.

Правда, пересматривая историю, придется переосмыслить и ряд ключевых мифов. Например, «Освободительную войну под руководством Хмельницкого» придется признать гражданской и социально-религиозной. Потому что с обеих сторон воевали украинцы. Только со стороны Хмельницкого – православные казаки и селяне, а с «королевской» — украинская шляхта и украинцы греко- и римо-католики.

    Реклама на dsnews.ua