• USD 28
  • EUR 33.7
  • GBP 39
Спецпроекты

Без политики

Реклама на dsnews.ua
Вряд ли что-то лучше демонстрирует глубину перемен, которые произошли в независимой Украине, чем история украинско-белорусских связей. Они вполне спос

Вряд ли что-то лучше демонстрирует глубину перемен, которые произошли в независимой Украине, чем история украинско-белорусских связей. Они вполне способны быть успешными, если наполнены реальным экономическим сотрудничеством. Беда лишь в том, что в отношениях Киева и Минска всегда превалировала политика.

Казалось бы, в выстраивании отношений с Минском проблем быть не должно. Белорусский режим стабилен с 1994 года, когда на президентский пост впервые был избран Александр Лукашенко. С тех пор в Беларуси сменились лишь шесть правительств, а экономический и политический курс руководства страны подвергся только небольшим корректировкам. При этом на отношениях с Украиной даже они никак не отразились. Да и кто лучше может понять потребности «зажатого» между Россией и ЕС государства, чем пребывающая в такой же роли Украина? Обе страны являются своеобразным мостом между российским и европейским рынками, а транспортные коридоры с севера на юг проходят через территорию обеих стран. В конце концов, Киеву и Минску нечего делить.

Но как же сложно удается Киеву выстраивать отношения с Минском! Они четко зависят от политических событий в самой Беларуси, реакции на них ЕС и экономических войн (молочной, нефтяной, газовой) Минска и Москвы.
Именно из-за них в украинско-белорусских отношениях возникают такие искусственно придуманные проблемы, как невозможность демаркации границы и долг Украины перед Беларусью (см. — «Долг советских времен», стр. 25). Причина тому одна: Беларусь выработала стратегию поведения в отношении Украины, а вот Украина по отношению к своему соседу — нет. Впрочем, действия украинского МИДа в последний год дают основания предполагать, что Украина наконец-то заняла более четкую позицию в отношении Минска. Ее можно охарактеризовать словами «минимум политики — максимум экономики».

Кто больший друг?
Среди друзей Беларуси — Китай, Венесуэла, Иран и арабские государства. Этот перечень не должен вызывать удивления: несмотря на географическую удаленность, эти страны дают Беларуси то, в чем она остро нуждается — инвестиции и энергоресурсы, предоставляя свои рынки для белорусских товаров. Беларусь экспортирует в Китай товаров на $408 млн, планирует довести товарооборот с Ираном до $1 млрд, а с Венесуэлой она уже достигла этого уровня благодаря поставкам венесуэльской нефти на белорусские НПЗ. Цена контракта остается загадкой и темой шуток экспертов энергорынка, рассуждающих чуть ли не о нефтяном подарке венесуэльского президента Уго Чавеса своему белорусскому коллеге Александру Лукашенко.

Куда важнее иное: вышеперечисленные государства готовы к любым взаимовыгодным отношениям с Беларусью. А если учесть, что многие из них имеют не самую лучшую репутацию, часто это сотрудничество имеет бльшую выгоду для Минска. И при этом лидеры вышеупомянутых государств не пытаются учить белорусов демократии.

Все это не означает, что Беларусь пренебрегает своими географическими соседями. Напротив, в кризисный 2009 год товарооборот со странами ЕС сократился лишь на 6%, составив $13 млрд, а со странами Таможенного союза (Россия и Казахстан) в 2010 г. он и вовсе превысил $20 млрд. Да и Украина является для Беларуси вторым по важности после России торговым партнером. То есть отношения отличные, пока речь не заходит о политике.

Во времена, когда президентом нашего государства был Леонид Кучма, отношения Украины и Беларуси были довольно натянутыми. После скандала с «Кольчугами» в Ираке и рассадки по французскому алфавиту на саммите НАТО в Праге в 2002 году Леонид Кучма пошел на сближение с Россией, что вызвало недовольство в Минске. Александр Лукашенко всегда позиционировал себя как главного интегратора на просторах СНГ и самого большого друга России, и конкурент на этом поприще был ему совершенно не нужен. В результате белорусский лидер позволил себе несколько нелицеприятных высказываний в адрес украинского президента в отношении сдачи экономических интересов Украины российскому капиталу. Особенно «досталось» Леониду Кучме за реверс нефтепровода Одесса — Броды. Тогда же, в начале 2000-х гг., Украина и Беларусь вели сельскохозяйственные «войнушки». Их последствия были весьма незначительными, к примеру, экспорт украинского подсолнечного масла в Беларусь сократился не намного, так как Минск стал закупать украинское масло через Россию. Ну а потери белорусской стороны вследствие антидемпинговых расследований Украины в отношении белорусского сахара и спичек оценены в сумму чуть более $3 млн. Однако некоторую прохладу в отношения двух государств эти события все же привнесли.

Реклама на dsnews.ua

Впрочем, когда кабинет в здании на Банковой занял Виктор Ющенко, украинско-белорусские отношения вообще замерли. Тому поспособствовала подписанная в апреле 2005 г. в Вашингтоне «Повестка нового века для украинско-американского стратегического партнерства», в которой Украина подтвердила намерение продвигать демократию в Беларуси и на Кубе.


В то же время украинские лидеры оранжевой революции сохранили тесные отношения с белорусскими оппозиционерами, а некоторые рядовые члены проющенковских партий приняли участие в акциях белорусской оппозиции в Минске 26 апреля 2005 года. В результате чего между МИДами Украины и Беларуси разразился дипломатический скандал, Минск пригрозил даже закрыть посольство в Киеве после того, как его в течение недели пикетировали представители украинских правых.

Неожиданный прорыв
Реакция Киева на парламентские выборы 2006 года в Беларуси была куда сдержаннее — наш МИД осторожно выразил солидарность с позицией европейских наблюдателей, косвенно предложив Александру Лукашенко посреднические услуги в диалоге с ЕС. И хотя посредничество Украины закончилось тем же, чем и аналогичные попытки Польши и Литвы в предыдущие годы (т. е. ничем), нормализации отношений это поспособствовало.

В 2009 году президент Украины Виктор Ющенко дал поручение тогдашнему главе МИДа Петру Порошенко в максимально сжатые сроки решить проблемные вопросы с Беларусью. Как ни странно, но буквально в течение нескольких месяцев Киев и Минск решили все неурядицы, а Александр Лукашенко стал чуть ли не главным спутником Виктора Ющенко из числа иностранных политиков в последний год его президентства.

20 января президенты впервые встретились в Чернигове, где подписали меморандумы о сотрудничестве в энергетической сфере и о выработке системы мер по интенсификации торгово-экономического сотрудничества, консульскую конвенцию и межправительственное соглашение об упрощенном порядке проезда по территории Беларуси из Славутича к Чернобыльской АЭС. А 4-6 ноября 2009 года Александр Лукашенко и вовсе совершил в Киев официальный визит, с которым не приезжал в Украину 12 лет. Достаточно сказать, что на подобный шаг в разгар президентской кампании в Украине решились также лишь президенты Грузии и Литвы. Тогда же стало ясно, что по итогам 2009 года между Украиной и Беларусью будет зафиксирован самый высокий в истории товарооборот ($4,9 млрд). Симптоматично, что именно в годы президентства Ющенко данный показатель украинско-белорусских отношений рос в среднем на 45% ежегодно.

«Украина в то время воспринималась в Минске как близкий партнер США и ЕС, и для Лукашенко было важно показать миру, что его принимают в Киеве на наивысшем политическом уровне. Но при этом случилось так, что Ющенко и Лукашенко нашли общий язык и на психологическом уровне, — говорит Алена Гетьманчук, директор Института мировой политики. — Вплоть до того, что младший сын Лукашенко во время визита последнего в Киев подружился с дочерьми Ющенко».

Тогда Лукашенко и Ющенко договорились о создании энергомоста Украина — Беларусь — Литва с целью поставок украинской электроэнергии в страны Балтии, координации тарифов на транзит российских нефти и газа в Европу по территории Украины и Беларуси, а также об участии в проекте ЕС «Восточное партнерство». Параллельно Александр Лукашенко рассыпался в комплиментах Виктору Ющенко, который-де рвет рубашку на груди, защищая белорусские интересы в западных столицах. А эксперты впервые заговорили о возможности выработки Киевом и Минском общей позиции в отношении транзита российских энергоресурсов на рынок ЕС. Впрочем, уже газовая война России и Беларуси в июне 2010 года, когда Украина предложила перенаправить часть российского газа в собственные газохранилища, показала, что до таких совместных действий еще далеко.

«В наших отношениях с Беларусью всегда присутствует третий незримый участник — Россия, — говорит Михаил Гончар, директор энергетических программ центра «НОМОС». — В двухсторонних форматах отношений с любыми странами Центральной и Восточной Европы Россия заведомо сильнее, чем ее партнер. Поэтому любые энергетические проекты между Украиной и Беларусью, несущие угрозу для российских интересов, будут сложно реали­зуемыми. А проекты без своего участия Москва всегда идентифицирует как несущие угрозу ей».

Ничего личного, только деньги
Можно было предположить, что для президента Беларуси, имеющего украинскую фамилию, президент Украины с белорусскими корнями будет самым удобным партнером для диалога. Однако личные отношения у Януковича и Лукашенко пока не сложились. И, как ни странно, для нашей страны это может быть большим благом. Чуть ли не впервые в истории отношения Киева и Минска начали строиться на голой прагматике. Украинскому послу в Беларуси Роману Бессмертному поручено сосредоточиться на лоббировании интересов украинских производителей в Беларуси. Усилия МИДа направлены преимущественно на активизацию экономического сотрудничества и защиту инвестиций.

«В отличие от Украины, Беларусь имеет свою стратегию отношений с Киевом, — считает Виталий Кулик, директор Центра исследований проблем гражданского общества. — При выстраивании взаимоотношений со странами СНГ Минск старается привлекать Украину к выработке нужных Беларуси решений, оказывать влияние на Россию (даже апеллируя к Киеву как наблюдателю в Таможенном союзе стран ЕврАзЭС). В отношениях с западными странами Минск пытается доводить через Киев те или иные посылы, а также использовать Украину в качестве провайдера отношений Беларуси с ЕС».

Впрочем, Киев является далеко не единственным претендентом на роль выразителя белорусских интересов в Европе. Та же Литва не против вновь попытаться сыграть роль белорусского адвоката в ЕС. И в этом случае интенсивные экономические взаимоотношения, вроде соглашения о перекачке венесуэльской нефти на Мозырский НПЗ по нефтепроводу Одесса — Броды, могут служить гарантией того, что вести внешний диалог через Киев Минску будет удобнее. И напротив: политическая важность Украины заставит Беларусь учитывать экономические интересы Киева. Эта задача кажется легкой только на первый взгляд: при реализации такой стратегии очень важно соблюсти баланс. К примеру, у нашей страны есть проблемы с растущим экспортом белорусской сельхозпродукции в Украину (в 2009 г. он вырос на 22%, составив $69,8 млн). И в первую очередь это касается мяса и мясопродуктов из третьих стран, импортируемых в Украину через Беларусь, а также демпинговых цен на некоторые виды продукции. В то же время для Беларуси важно сохранить украинский рынок для собственной молочной продукции и сахара. Также Киев заинтересован в создании СП с белорусами в области сельскохозяйственного машиностроения. Если во всех вопросах удастся достичь компромисса, украинско-белорусские экономические отношения получат хороший базис, которому не грозит изменение политической конъюнктуры.

То же самое касается вопросов энергетического характера. «Соглашение о поставке венесуэльской нефти в Беларусь может быть важным в контексте проблемы, которую условно можно назвать «конец «Дружбы» после введения
БТС-ІІ, — полагает Михаил Гончар. — В 2012 году нефтепроводу «Дружба» исполнится 50 лет, и Россия уже неоднократно указывала на его изношенность. Однако украинский и белорусский участки нефтепроводной системы пребывают в удовлетворительном состоянии. Технически возможно ее дальнейшее функционирование через синхронную работу с нефтепроводом Одесса — Броды и терминалом Південний».

«Пока президентом Беларуси является Александр Лукашенко, Россия будет прямо или косвенно присутствовать в украинско-белорусских отношениях, — считает Алена Гетьманчук. — Однако и Виктор Янукович мог бы, по примеру Александра Лукашенко, использовать диалог с Беларусью для повышения ставок уже в украинско-российской «игре». У Лукашенко в этом плане действительно есть чему поучиться».

Однако при этом Украине нужно не допустить взаимосвязи экономического сотрудничества с политикой. И потому чем реже Беларусь будет упоминаться в повестке дня общеевропейских проблем, тем больше шансов, что Киев не будет втягиваться в политические игры белорусского лидера.

Долг советских времен
Когда перед независимой Украиной встал вопрос о демаркации границ, в МИДе считали, что начнется этот процесс с украинско-белорусского участка, ведь проблем и взаимных претензий там не было. Но если демаркация самого проблемного приднестровского участка с Молдовой уже началась, то на границе с Беларусью к этому процессу еще и не приступили. Хотя договор о госгранице был подписан Киевом и Минском еще в 1997 году. Однако белорусский парламент ратифицировал это соглашение лишь в прошлом году, а обмен ратификационными грамотами не состоялся до сих пор. Минск увязывает этот процесс с признанием Украиной госдолга перед Беларусью, образовавшегося в 1992 году, когда белорусские хозсубъекты перечислили средства украинским субъектам, но так и не получили за них продукцию. Минск настаивает на признании этого долга государственным, Киев указывает на его корпоративный характер. Другим вопросом остается сумма: белорусы озвучивали цифру $220 млн, украинцы соглашались на $50 млн. При этом наша страна категорически отказывается отдавать долг деньгами. В итоге компромиссом может быть позиция сторон по состоянию на 2003 год, когда Украина признала долг в размере $134 млн, подписав соответствующий протокол.

Таможенные неурядицы
Став 6 июля 2010 года членом Таможенного союза с Россией и Казахстаном, Беларусь создала для Украины ряд проблем. С одной стороны, соглашение о свободной торговле между Украиной и Беларусью никто не отменял, с другой — правила Таможенного союза имеют приоритет. Во-первых, это вопрос поставок в Беларусь украинской металлопродукции и элетро­энергии. В договоре о свободной торговле между Украиной и Беларусью в отношении этих групп товаров нет изъятий, а у России — есть, и с 2011 года российские изъятия будут распространяться и на Беларусь. Что приведет к удорожанию украинского металла на 25-30%. Также усилится конкуренция с Беларусью и на российском рынке пищепрома. Однако тут ситуация не столь остра, так как уже сейчас в структуре белорусского экспорта почти 100% поставок мяса и 81% поставок рыбы и молочной продукции приходится на Россию. Однако в долгосрочной перспективе белорусы вполне могут нарастить производство данной продукции до того уровня, чтобы потеснить украинских конкурентов с российского рынка. Тем более что в госзакупках России белорусские товары приравнены к российским.

    Реклама на dsnews.ua