• USD 27.6
  • EUR 33.4
  • GBP 38.8
Спецпроекты

Мифы. БЕСКОНЕЧНО И СЧАСТЛИВО

Реклама на dsnews.ua

Мы едим морскую капусту, трансплантируем сердца, бегаем от инфаркта, но в конце концов ежегодно около двух миллионов человек все же умирает. Наши предки признали, что с этим фактом ничего не поделаешь: мы не бессмертны. Но сегодня отвергать возможность бессмертия немодно и несовременно. Наука пришла к выводу, что каждая человеческая смерть — это всего лишь техническая ошибка. Недоработка. Ляп.

Среднестатистический неандерталец жил не дольше 20 лет. К началу XX столетия продолжительность жизни увеличилась до 45 лет, а к концу — до 75. Очень скоро эти масштабы покажутся нам смешными. Научные имморталисты, полагающие, что вечная жизнь и возможна, и нужна, уверены, что жизнь будет измеряться тысячелетиями. Запросто.

Восточные религии толковали о перерождениях, западному же человеку в предчувствии смерти утешиться было нечем. Поиски эликсира бессмертия, как минимум молодости, инициировали давным-давно. До начала эры современной медицины считалось, что старику достаточно ощутить сладкое дыхание юной девственницы, чтобы восстановить свои природные функции. Видный физиолог XIX в. Шарль Броун-Секар в 72 года испытал на себе инъекции семенных желез собак и обезьян. А в середине 90-х годов ХХ в. Уильям Регельсон и Вальтер Пирпаоли огласили лекарством омоложения гормон мелатонин и сколотили состояния, продавая книги о «мелатониновом чуде».

Семь составляющих де Грея

Противоречивый теоретик из Кембриджа Обри де Грей сравнивает процесс старения с охотой на лис: и то и другое — эффективные пути уменьшения объема популяции, и то и другое — абсолютное, по его мнению, варварство. Профессор генетики не сомневается, что человечество вот-вот откроет схему, благодаря которой сможет жить почти что вечно, причем ключ к воплощению этого сказочного сценария не так уж сложен. Приведем аналогию. Чтобы держаться на плаву, лодка не обязана быть абсолютно сухой. Она может протекать, но главное, чтобы хозяин успевал вычерпывать из нее воду с не меньшей скоростью, нежели она набирается. Так же и с человеческими организмами. Не нужно заглядывать далеко вперед! Скажем, ученые сумеют вмешаться в клеточные процессы и подарят людям дополнительные сорок лет жизни. Этого времени хватит биогеронтологам, чтобы решить оставшиеся проблемы. Так, методом последовательных отсрочек смерти можно добиться кое-каких результатов. По мнению де Грея, уже в следующем столетии продолжительность жизни составит около пяти тысяч лет.

Пока что все обстоит не так оптимистично. Даже если геронтологи разберутся со всеми старческими заболеваниями, к нынешней продолжительности жизни можно будет прибавить лет 20, не больше. Допустим, мы во всемирном масштабе излечим рак и болезни сердца. При этом лет эдак в 95 мы запросто сможем испустить дух во сне, подхватив где-то обычный насморк. Ведь организм к такому возрасту очень изношен. Он утратил способность к самообновлению. И в нем, по всей видимости, включаются процессы саморазрушения.

Сегодня борьба со старением протекает на двух фронтах. На первом — врачи-гериатры сражаются с болезнями старости: усовершенствуют операции на сердце, изобретают лекарства от остеопороза и т. д. На втором — геронтологи пытаются вникнуть в таинство старения. Выдающиеся ученые усаживают лабораторных мышей на строгие диеты, надеясь получить награду от фонда «Метузелах» за достижение рекорда продолжительности мышиной жизни. Либо отыскивают у червей гены, ответственные за долголетие.

Реклама на dsnews.ua

Но есть опасение, что пока геронтологи пройдут путь Господа Бога и уяснят для себя эти механизмы, черви и мыши съедят наши кости. Пока мы тратим время на то, чтобы установить точный и полный список причин старения в порядке их приоритетности, давно можно было бы начинать с ними бороться. Независимо от приоритета — с каждой.

1. Атрофия или дегенерация клеток.
2. Аккумуляция нежелательных клеток — жировых, замещающих мышцы, и стареющих.
3. Мутации хромосом.
4. Мутации митохондрий.
5. Накопление «мусора» в клетках.
6. «Мусор» во внеклеточной жидкости.
7. Пересечения внеклеточных протеинов.

Не стоит играть в Бога, лучше стать инженером и устранить проблемы с помощью знаний по биохимии и генетике, которых, как полагает оптимист де Грей, накопилось достаточно.

Рацион бессмертия

Рэй Курцвайль планирует жить вечно. Нет, не в учебниках по истории науки — там место великому изобретателю и футурологу и так гарантировано — а в прямом физическом смысле, дыша и наслаждаясь жизнью. Если сравнивать Курцвайля со всеми прочими людьми на Земле, то выйдет, что прочие несутся по встречным полосам автострады с неисправными тормозами и закрытыми глазами, а Курцвайль тихо, но уверенно едет в правом ряду. Ежедневный распорядок дня Курцвайля предполагает прием 250 биодобавок, десятка стаканов щелочной воды и стольких же чашек зеленого чая. Он также с завидной периодичностью отслеживает полсотни своих физических индикаторов, вплоть до тактильной чувствительности.
20 лет назад у него обнаружили сахарный диабет и назначили инъекции инсулина. Неудовлетворенный лечением, Курцвайль придумал себе собственную диету и к своим 57 годам избавился от малейших следов заболевания. Специалист по искусственному интеллекту с мировым именем давно взял курс на долгожительство, ссылаясь на то, что он непременно должен увидеть своими глазами, как человечество достигнет бессмертия. В нашем организме всего-навсего 20-30 тыс. генов. Каждый из них — словно компьютерная программа. Если в каждом теле поселятся миллионы нанороботов, они смогут очищать нашу кровь, чинить кости, подтягивать мышцы, укреплять артерии и держать в порядке клетки мозга. Свежие программы по апгрейду организма можно будет загружать через интернет, уверен он.

Поэтика анабиоза

«Бессмертье здесь, на Земле, — удел человечий отныне. Кто может живому велеть растаять в хаоса пучине?». Александр Ярославский, член комитета биокосмистов-имморталистов, написал «Поэму Анабиоза» в 1922 г., когда к этим строкам мало кто мог относиться серьезно. 40 лет спустя Роберт Эттингер выпустил в США свою культовую книгу «Перспектива бессмертия», библию крионического движения, призывающего к замораживанию умерших людей с целью оживления в будущем, когда найдутся способы лечения тех болезней, которые послужили причиной смерти. «Независимо от заболевания, наши друзья в будущем найдут способ воскресить и вылечить нас», — писал Эттингер.

Способ долго не находился. Лишь в начале 1980-х наметились сценарии: возникли нанотехнологии, апологетом которых является Эрик Дрекслер. Он четко видит практические пути оживления замороженных пациентов крионических клиник с помощью микроскопических роботов, восстанавливающих человеческие ткани на молекулярном уровне. Как там у Ярославского? «Снята минутная угроза — холод льдов рассеян, как дым, мгновенье, — и регулятор Анабиоза возвращает движенье живым».

Не дожидаясь научных прорывов, доктор Джеймс Бэдфорд, американский профессор психологии, умирая от рака в 1967 г., распорядился заморозить свое тело сразу после смерти и тем самым обеспечил себе место в истории как первый крионический пациент. Минус 196 градусов по Цельсию — при этой температуре все биологические функции замерли, деградация клеток остановилась.

С тех пор Alcor Life Extension Foundation, одна из нескольких конкурирующих крионических клиник, заморозила в жидком азоте тела 67 пациентов и 26 их домашних животных. Этой же участи ожидают около 800 живых и относительно здоровых постоянных членов фонда. Клубный принцип — основа организации крионических клиник. Членские взносы в Alcor скромнее, чем в Trans Time и Cryonics Institute, — $398 ежегодно. Зато намного дороже обходится сама процедура замораживания — около $130 тыс. Рынок таких услуг необычайно широк. А вот бизнес — мелок. Ведь подобные учреждения зависят от того, когда умрут их пациенты. Когда-нибудь это, разумеется, случится, но графика не существует, а значит, не может существовать привычного финансового плана.

Ключевой вопрос: когда же можно будет оживить пациентов? Предположительно лет через 100-200. А может, и вовсе никогда. Так, криобиолог Артур Роу весьма скептически отзывается об этой идее. «Верить в то, что криологи когда-либо реанимируют кого-либо из замороженных — так же бессмысленно, как полагать, что гамбургер можно превратить назад в корову».

Небеса стерпят

Допустим, мы все-таки доживем до пяти тысяч лет, одни — оттаяв после заморозки, другие сами по себе. Что же нас ждет в будущем?
С замороженными история отдельная. Представим, что чудо произошло, и они «воскресли». Но понадобятся ли обществу, которое встретит их после оживления, их услуги? Тем более что на встречу с потомками отправляются не самые достойные, сильные и красивые граждане, а, скорее, самые обеспеченные. Совершенно неясно, как оформлять возрожденного человека юридически. Его биологическая смерть уже состоялась. Так считать ли результат криотехнологий иным, новым субъектом права?

Несомненный плюс вечной молодости и бессмертия в том, что люди будущего не пойдут на пенсию, а будут использовать свой великий тысячелетний опыт на благо рода человеческого. Но задумываются ли апологеты вечной жизни о психологическом эффекте? Каково, например, прожить пять тысяч лет в браке с одним и тем же гражданином? А как запомнить имена всех, кто встречался на протяжении жизни? Наконец, будет ли кто-либо выбирать для себя рискованные профессии вроде пожарного и космонавта, зная, что рискует он не сорока-пятьюдесятью годами жизни, а тысячами лет?

Совершенно очевидно, что массовое бессмертие снизит рождаемость до нуля. В противном случае нас ожидает губительное перенаселение (если, конечно, человечество не освоит к тому времени новые планеты). Но дело не только в этом. Размножение есть способ выживания в условиях смертности. Нет смертности — не нужна и рождаемость. Но позвольте, как может общество развиваться без новых членов? Это ведь будет не общество, а какое-то отклонированное политбюро.

Если по-хорошему, то мы уже сейчас бессмертны. Бессмертны наши половые клетки, передающиеся детям, внукам, правнукам. Мы умираем, многие мучительно, многие без веры в загробную жизнь, но такая форма организации жизни, несмотря на свое несовершенство, пока что не погубила Землю.

ПУТЬ В ВЕЧНОСТЬ

Способы и средства достижения бессмертия, находящиеся в процессе разработки:

терапия антистарения: введение гормонов роста, лекарства, убеждающие организм, что он живет впроголодь, мелатонин, витамины, антиоксиданты;

нервные трансплантаты от доноров;

искусственные биосистемы, технологии синтеза ДНК;

выращивание новых органов человека из стволовых клеток;

крионика и нанотехнологии.

НАШ ВЕК

Минимальная продолжительность жизни на Земле отмечается в Замбии — 37 лет. Дольше всех — 85 лет — живут японцы. Это серьезный прорыв по сравнению с нашими предками. Перечислим их среднюю продолжительность жизни.

НЕАНДЕРТАЛЬЦЫ — 20,

ДРЕВНИЕ ГРЕКИ И РИМЛЯНЕ — 28,

СРЕДНЕВЕКОВЫЕ БРИТЫ — 33,

КОНЕЦ XVIII в. — 37,

НАЧАЛО ХХ в. — 50,

СЕРЕДИНА ХХ в. — 65.

    Реклама на dsnews.ua