Мир

Игорь Эйдман: Турция уже не враг, а друг

Оруэлловский "1984" в Москве

facebook.com

В один день кампания разжигания ненависти против Турции закончилась. Пропаганда мгновенно развернулась на 180%. Турция уже не враг, а друг. Россияне спешно покупают туры в еще недавно невидимую страну. И кажется так было всегда.

Завтра власти решат помириться с Украиной и в один день также начнут делать вид, что "ничего и не было". Киселев по зомбоящику будет рассказывать о том, что Бандера всегда был другом России, а отколоть Донбасс от Украины пытались агенты ЦРУ, чтобы "поссорить два братских народа". Стрелков-Гирькин будет арестован и после соответствующей обработки "возьмет вину на себя". Многие россияне во все это охотно поверят.

Только вот украинцы российским властям своих убитых не простят.
Из "1984" Оруэлла про кульбиты ненависти путинского ТВ, Киселева и Ко

"Корчась от ненависти, карлик одной рукой душил за шейку микрофон, а другая, громадная на костлявом запястье, угрожающе загребала воздух над головой. Металлический голос из репродукторов гремел о бесконечных зверствах, бойнях, выселениях целых народов, грабежах, насилиях, пытках военнопленных, бомбардировках мирного населения, пропагандистских вымыслах, наглых агрессиях, нарушенных договорах. Слушая его, через минуту не поверить, а через две не взбеситься было почти невозможно. То и дело ярость в толпе перекипала через край, и голос оратора тонул в зверском реве, вырывавшемся из тысячи глоток.

Речь продолжалась уже минут двадцать, как вдруг на трибуну взбежал курьер и подсунул оратору бумажку. Тот развернул ее и прочел, не переставая говорить. Ничто не изменилось ни в голосе его, ни в повадке, ни в содержании речи, но имена вдруг стали иными. Без всяких слов по толпе прокатилась волна понимания. Воюем с Остазией! (...)

Оратор, еще державший за горло микрофон, продолжал речь без заминки, сутулясь и загребая воздух. Еще минута - и толпа вновь разразилась первобытными криками злобы. Ненависть продолжалась как ни в чем не бывало - только предмет стал другим.
Задним числом Уинстон поразился тому, как оратор сменил линию буквально на полуфразе, не только не запнувшись, но даже не нарушив синтаксиса".

Источник: facebook.com